Ядерный Иран: угроза для Узбекистана или нет?

Продолжающееся противостояние США и Ирана может иметь серьёзные последствия для Центральной Азии не только с экономической точки зрения, но и с точки зрения безопасности и геополитического баланса. Логистические коридоры, стратегическая роль тюркских государств в регионе, возможная гонка ядерных вооружений и вопрос стабильности внутри Ирана напрямую влияют на интересы Узбекистана и всего региона.

В программе Kun.uz «Геополитика» аналитики обсудили вероятность обретения Ираном ядерного оружия и влияние такого сценария на Центральную Азию.

Чем завершится ситуация вокруг Ирана — какой исход важен для Узбекистана и Центральной Азии?

Камолиддин Раббимов: К ситуации вокруг Ирана необходимо подходить с нескольких точек зрения. Если политическая система в Иране рухнет, это прежде всего может привести к ещё большему усилению геополитических позиций Израиля в регионе. Кроме того,, существует вероятность вступления Ирана в период долгосрочной нестабильности и турбулентности.

Такой процесс может продлиться как минимум 15–20 лет, а при некоторых сценариях даже создать риск распада страны. Эту опасность нельзя отрицать, поскольку внутри страны существуют такие этнополитические факторы, как курды и другие.

Если возникнет такая ситуация, основное направление геополитического внимания в регионе также может измениться. В этом случае стратегическое внимание Израиля и США, вероятно, переключится на Турцию. Турция же является одной из крупнейших и ведущих стран среди тюркских государств и считается важным партнёром и для нас.

По этой причине любые изменения в геополитическом балансе на Ближнем Востоке повлияют на политическую и экономическую среду во всём регионе. Этот процесс может оказать воздействие и на государства Центральной Азии. Например, в настоящее время с точки зрения транспорта и логистики важными считаются несколько направлений: восточное направление – в Китай, западное – в Турцию, южное же включает возможности выхода к морским путям через Афганистан, Пакистан и Иран. Поэтому вероятность краха политической системы в Иране может означать для нас долгосрочные проблемы.

Вместе с тем, Ирану необходимо реформировать себя, сохраняя стабильность политической системы. Поскольку проблемы в системе хорошо известны не только внешним наблюдателям, но и самой политической системе и её сторонникам. В последние десятилетия внутри страны возникают проблемы в области прав человека, гражданских свобод и отношений с соседними государствами.

На самом деле проблема связана с недостатком легитимности политической системы. Этот вопрос периодически обострялся в последние 10–20 лет. Безусловно, в этом процессе присутствует и внешнее давление — в частности, политическое давление Израиля и США играет свою роль. Однако, несмотря на это, нельзя отрицать, что проблема внутренней легитимности является реальной. Поэтому важно, чтобы политическая система Ирана была здоровой и стабильной. Самый приемлемый сценарий и для региона – сохранение Ирана как стабильного и сильного государства. А для этого внутри страны необходимо проведение политических реформ.

Бектош Бердиев: При оценке этого воздействия необходимо отдельно рассматривать политические, гуманитарные и экономические факторы. Прежде всего, следует сказать об экономическом аспекте. Здесь один из важнейших вопросов – логистика. Поскольку Узбекистан в последние годы становится одной из стран, стремящихся выйти к новым транспортным коридорам через южные направления. В частности, обсуждается возможность выхода через территорию Ирана после Мазари-Шарифа по Трансафганскому коридору к его морским портам, а также к Пакистану.

Однако пакистанское направление сейчас значительно осложнилось из-за напряжённости между афганским «Талибаном» и Пакистаном. Поэтому одним из важных для Узбекистана направлений была возможность выхода через Иран. К сожалению, нынешнее состояние войны может значительно осложнить эти возможности.

Если Иран дестабилизируется территориально или возникнет риск распада, логистические вопросы ещё более усложнятся. Не менее важен и политический аспект вопроса. До сих пор, хотя в Иране доминировала шиитская идеология, страна служила определённым барьером для многих радикальных или террористических группировок, активных в Ираке и Сирии.

Если государственность в Иране будет подорвана или государственные институты ослабнут, возрастает вероятность укрепления различных радикальных группировок на этой территории. А это в будущем может усилить угрозы безопасности и для Центральной Азии.

Кроме того, Иран считается одной из стран, поддерживающих баланс в регионе. Например, роль Ирана в удержании в равновесии некоторых политических решений движения «Талибан» в Афганистане в определённой степени существует. Если Иран распадётся или ослабнет, это может повысить вероятность того, что «Талибан» будет совершать непредсказуемые действия в региональной политике.

Шавкат Икромов: Независимо от того, какой политический строй будет в Иране, важно, чтобы там существовала здоровая и стабильная политическая система. Потому что сильный и стабильный Иран имеет большое значение и для Центральной Азии. Прежде всего, это важно с точки зрения безопасности. С экономической точки зрения стабильный Иран также создаёт новые возможности для стран региона.

Я думаю, что даже если официальный Тегеран обретёт ядерное оружие, это не будет угрозой для Центральной Азии.

Например, в регионе уже существуют государства, обладающие ядерным оружием. Пакистан также является государством, обладающим ядерным оружием, и расположен географически близко к Центральной Азии. Поэтому вопрос баланса безопасности в регионе очень сложен.

По этой причине для стран Центральной Азии важно существование экономически и политически стабильного, сильного Ирана. Стабильность и сила Ирана служат в основном положительным фактором для региона. Поскольку Иран имеет тесные исторические и культурные связи с Центральной Азией. Вместе с тем, он рассматривает регион и как площадку для экономического сотрудничества и как рынок. В некоторых сферах существуют возможности для сотрудничества и с точки зрения ресурсов и торговых связей.

Также руководство Ирана, исходя из опыта прошлых лет, отказалось от политики активного экспорта шиитской идеологии. В последние годы подход в этом отношении существенно изменился.

Шухрат Расул: Если Иран получит ядерное оружие, это может запустить процесс, подобный открытию «сосуда Пандоры» в регионе. В таком случае возрастает вероятность того, что и другие региональные державы будут стремиться к обладанию ядерным оружием. Например, Турция может рассмотреть такую возможность и обладает технологическим потенциалом для её достижения. Точно так же Саудовская Аравия и Египет могут попытаться активизировать свои ядерные программы.

В результате такой процесс может расшириться подобно эффекту домино, побуждая и другие страны к обретению ядерного оружия. Если одна страна считает ядерное оружие необходимым для своей безопасности, её соседи также воспринимают это как угрозу и стремятся принять аналогичные меры.

Таким образом, количество государств, обладающих ядерным оружием, может резко возрасти не только на Ближнем Востоке, но и в других регионах мира. Например, некоторые страны Юго-Восточной Азии также могут прийти к выводу: если другие страны могут иметь ядерное оружие, почему мы не должны рассмотреть такую возможность?!

Это повышает вероятность усиления гонки ядерных вооружений в глобальном масштабе. С этой точки зрения, обретение Ираном ядерного оружия может представлять определённую опасность и для Центральной Азии. Иногда высказываются мнения о том, что Иран рассматривает Центральную Азию как исторически и культурно близкий регион.

Нельзя отрицать вероятность того, что если такие взгляды будут истолкованы неверно или сочетаются с политическими амбициями, в будущем это может вызвать различные опасения в региональных отношениях.

Полную версию беседы вы можете посмотреть на YouTube-канале “Geosiyosatkunuz”.