Общественный шок вызвал вскрывшийся факт, что трое несовершеннолетних детей из 1-го семейного детского дома города Ургенч Хорезмской области месяцами подвергались сексуальному насилию, а виновные были приговорены к наказаниям, не связанным с лишением свободы.
1 апреля отреагировала и представитель Олий Мажлиса по правам ребенка.
Почему же детский омбудсман так поздно отреагировала на эту кошмарную ситуацию с несовершеннолетними? Почему изучение началось только теперь?
На эти и другие вопросы корреспондента Kun.uz ответила представитель по правам ребенка Олий Мажлиса Алия Юнусова.
«Действительно, мы поздно узнали об этой ситуации. 31 марта в 23:20 я прочитала сообщение в телеграм-канале «Эффект Макаренко». Я сразу спросила, где можно получить материалы по этому вопросу. Мне сказали, что есть информация на канале «nemolchi.uz». Мы не имели никакой информации потому, что суд проходил за закрытыми дверями. Нас никто не проинформировал. В соцсетях писали, что об этом говорили на заседании Сената, но я на нем не присутствовала.
Еще одна проблема. Институт детского омбудсмана существует уже 3 года. У нас всего 3 сотрудника. Детский омбудсман, ведущий специалист и руководитель сектора. У нас нет сотрудников в регионах, то есть нет структуры.
В настоящее время подготовлен проект закона об уполномоченном по правам ребенка. Ждем пока, после обсуждения он будет внесен в Законодательную палату. По этому закону наши штаты будут расширены и появится возможность работать в регионах. Потому что у детского омбудсмана должны быть представители в регионах. Тогда мы постараемся немедленно расследовать такие случаи», — сказала Алия Юнусова.
