22:22 / 02.05.2020
6586
«Нет работы чтобы заработать и нет пути, чтобы вернуться домой». Около двух тысяч узбекистанцев находятся в бедственном положении в ОАЭ

Корреспондент Kun.uz пообщался с нашими соотечественниками, которые потеряли работу в Объединенных Арабских Эмиратах, и теперь оказались в затруднительном положении, не могут найти денег, чтобы прожить в чужой стране, и с нетерпением ждут возможности как можно скорее вернуться в Узбекистан.

Корреспондент Kun.uz пообщался с нашими соотечественниками, которые потеряли работу в Объединенных Арабских Эмиратах, и теперь оказались в затруднительном положении, не могут найти денег, чтобы прожить в чужой стране, и с нетерпением ждут возможности как можно скорее вернуться в Узбекистан.

Эльмурод Каримов:

- Я прилетел в Дубай 8 февраля 2020 года. В то время вирус еще не распространился в других странах, кроме Китая. Нам не приходило в голову, что все станет так серьезно. Карантин начался между концом февраля и 5-10 марта, торговые точки начали закрываться одна за другой. Мы ходили по офисам в поисках работы, но везде получали отказ. К 20 марта мы уже вообще не могли покинуть дом. Я получил туристическую визу, и до введения карантинных ограничений я потратил почти все свои деньги на квартиру, передвижение по городу, поездки из офиса в офис. Дубай - дорогой город во всех отношениях.

Эльмурод Каримов

Кроме того, я заболел здесь. У меня была небольшая боль в спине, которую я проигнорировал. Со временем боль усилилась. Если здесь вы пойдете в клинику, вас примут только при наличии медицинской страховки. В противном случае, либо за услугу нужно заплатить большие деньги, либо медицинская помощь должна оказать сотрудникам их компания. Здесь я и столкнулся с проблемой. У меня не было медицинской страховки, я не смог получить лечение.

В последнее время боль стала нестерпимой. Если бы я был дома, в Узбекистане, то меня бы вылечили за неделю. Теперь боль стала такой сильной, что мне стало трудно двигаться. Я занимал деньги у знакомых и друзей на квартиру и другие расходы. Они тоже кончились. Стыдно снова просить в долг, в конце концов, они тоже сейчас не в лучшем положении.

Слава Богу, у нас рядом наши товарищи. Они не стоят в стороне, а помогают нам. Мы вместе соблюдаем уразу. Они покрывают все расходы, даже стоимость квартиры.

Здесь много людей, у которых, как и у меня, туристическая или рабочая виза. Мы просим главу государства, правительство вернуть нас домой, если будут чартерные рейсы. Эта страна ориентирована на туризм. Когда коронавирус начал распространяться, многие уехали отсюда, и экономика в Дубае очень замедлилась. Так что сейчас нет надежды найти работу. Потому что даже ребята, которые работали здесь в течение нескольких лет, уже потеряли работу или получают только 30 процентов своей зарплаты. На что хватит этих денег? Не более чем на поддержание жизни,

Нигора Рузметова:

- Я прибыла в Дубай 6 марта. Мы должны были вернуться 15 марта. Пришлось остаться. Я здесь уже два месяца. Хотя прилетела я только на десять дней. Я давно не видела своих детей, которые работали здесь, и приехала с туристической визой, чтобы повидаться с ними.

У меня много болезней. Уже 36 лет у меня высокое кровяное давление и диабет на протяжении 22 лет. Теперь появилась и опухоль в мозгу, я хотела заодно показать ее врачу. После нашего приезда здесь объявили карантин. Больницы не принимали пациентов, и мы не смогли пройти медицинский осмотр.

Из-за сахарного диабета у меня «диабетическая стопа». Это означает, что в пальцах вообще нет кровообращения. Кровеносный сосуд лопнул, и теперь я не могу вставать и ходить. Я инвалид 2 группы. Уже полтора месяца я не могу выйти даже на балкон. Состояние мое очень тяжелое.

Нигора Рузметова

У моих детей тоже сейчас нет работы, они сидят дома. Мы стараемся как-то питаться и благодарим Аллаха за то, что он нам дает. Проблема в том, что у меня миома и большой камень в желчном пузыре. У меня началась нефропатия в почках – из-за всего этого я очень боюсь. У меня даже нет денег на операцию, если придется здесь остаться. Возможно, даже придется ампутировать ногу.

Мой зять купил мне билеты сюда, теперь нужно купить обратный билет. Мои дети тоже в сложном положении. Лекарства, которые я принимаю весь месяц, в Узбекистане стоят от силы 250 000 - 300 000 сумов. Здесь восемь разных лекарств, которые я принимаю обходятся в 680 долларов. Нам очень тяжело.

Таких мучений я даже врагу не пожелаю. Клянусь себе, что больше не пересеку узбекскую границу, даже в Казахстан. Я не буду говорить ни о какой другой проблеме, я все это перенесу: я буду терпеть и голод, и бедность. Я просто хочу вернуться домой. Мои врачи знают меня, я знаю своих врачей. У меня есть врачи, которые лечат меня уже 30 лет. Если мне сейчас ампутируют ногу, это будет уже вторая ампутация. Поэтому я боюсь и не знаю, что делать. Я была бы благодарна, если бы меня смогли забрать.

Ладно бы я была одна, в нашем доме есть женщины с маленькими детьми, беременные женщины, которым тоже нужно улететь. Им тоже очень тяжело, им нечего есть. Мы все мусульмане, нам помогают, по крайней мере, принося еду. Но беременным женщинам нужно домой. Мы просим нашего президента изыскать возможность забрать нас как можно скорее. Я не из тех женщин, которые вечно жалуются, но сейчас можно сказать, что мы сломлены. Я страдаю. Если возможно, пожалуйста, организуйте чартерный рейс.

Голиб Туракулов:

- Мы с женой работаем здесь уже два года. Мы сильно пострадали из-за этой эпидемии. Потому что я работаю в ресторанной индустрии, а моя жена - в сфере продаж. В Дубае все зависит от туризма. Если туристы не приедут, рестораны и торговые центры будут закрыты. Поэтому в ресторанах оставили по 1-2 человека и уволили остальных.

Голиб Туракулов

Здесь 6 месяцев торговля идет хорошо, а 6 месяцев - нет. Например, сейчас, начинается «мертвый» сезон. В результате количество туристов, приезжающих сюда, уменьшается. Они приезжают в основном в период с ноября по апрель. Летом очень жарко. Вот почему с 15 марта мы оказались безработными. Супругам дорого жить вместе в Дубае. Самая дешевая комната здесь может стоить 700-800 долларов. Поэтому, нам очень трудно платить арендную плату. 

Мы не получали зарплаты с 15 марта, у нас нет денег. Начинается май, мы снова заняли денег. Поэтому мы обратились в посольство за помощью, и они дали нам необходимую нам информацию. Нам стыдно просить денег у наших близких, живущих здесь, потому что мы видим их положение. Они в сложной ситуации. Предположительно здесь находятся более 2000 узбекских мигрантов, 15 процентов из которых - семейные пары. Есть те, кто привез свою жену и детей, есть пары, которые приехали вместе, но работает только муж. Многие из них остались без работы.

Мы не можем попросить деньги у наших братьев и сестер в Узбекистане, они тоже в сложной ситуации. Ситуация такая же, даже если я попрошу денег у моего родственника из Америки. Потому что и здесь, и там одно и то же. Средняя стоимость жизни здесь составляет четыреста долларов на человека. Это стоимость аренды и расходы на пропитание. В Узбекистане за четыреста долларов мы можем прожить четыре месяца.

Поэтому мы просим облегчить нашу ситуацию. Также маловероятно, что нас снова примут на работу. Потому что все места закрыты. Нет туристов, поэтому никого не нанимают. Такая ситуация может продлиться до ноября, так как сезон здесь начинается в ноябре. До тех пор никого не возьмут на работу. Сотни людей оказались в сложной ситуации.

Равшан Суннатиллаев:

- В Telegram мы открыли одну из крупнейших групп узбекской общины в ОАЭ. Сейчас в нашей группе около двух тысяч человек. Действительно, многие остались без работы и денег из-за пандемии. Многие писали мне с просьбой о помощи и совете.

Например, один наш соотечественник из Андижана заплатил 800 долларов какому-то агентству в Узбекистане для поиска работы, потратился на билеты и теперь работает официантом в ресторане. Официантам платят около 350-400 долларов в месяц. Возможно 500 долларов, не больше. Он работал там меньше месяца. Через 20 дней его уволили, сказав, что не смогут выдать ему визу, потому что правительство ОАЭ не выдает визы из-за эпидемии. Теперь ему негде жить, у него нет еды. Спасибо нашему консульству, оно помогает этому парню и другим пострадавшим.

Равшан Суннатиллаев

Еще есть две девушки-туристки. Они прилетели на семь дней. Они попали именно на период карантина. Они здесь уже тридцать дней, не могут улететь. У них нет денег на пропитание, ничего. Со мной связался еще один наш соотечественник. Он сказал, что его жена на 8 месяце беременности. «Я не знаю, что делать, что предпринять?», -говорит он. Потому что здесь нужно 10 000 долларов на роды. Это сумма, которую нужно оплатить в больнице. «Как я могу создать такие условия для своей жены, если я потерял работу? Могу ли я поехать в Узбекистан через Казахстан или как-то по-другому?» - спрашивает он. В целом, таких обращений много.

В общем, я хочу сказать: властям Республики Узбекистан, Минтрансу, я слышал, что в Кабинете Министров есть специальная комиссия, которая планирует организовать чартерные рейсы для наших соотечественников в зарубежные страны. Пожалуйста, ознакомьтесь с нашим положением в ОАЭ. Потому что жить в ОАЭ, во-первых, чрезвычайно дорого, а во-вторых, людям, потерявшим работу, невозможно проживать в одной комнате с 2-3 людьми, как, например, в России. Здесь так нельзя.

Если человек выйдет на улицу чтобы найти себе пристанище, он рискует получить большой штраф, который государство налагает во время пандемии, например, штраф в размере одной тысячи дирхамов человеку, который идет без маски. Тысяча дирхамов – это 270 долларов. Здесь невозможно найти способ прожить. Те, кто едут в Россию, сами готовят документы, а здесь документы предоставляет работодатель. На это уходит как минимум 2000 долларов. Естественно, работодатели не заинтересованы в этом, ведь их дела тоже не ладятся. Они открыто всех уволили.

В настоящее время около 1800-2000 узбекских мигрантов в ОАЭ желают покинуть страну. Есть и те, кто не потерял работу, их всего 5 процентов. Остальные 95 процентов хотят домой, на Родину.

Беседовал Джамшид Ниязов

перевод: Вадим Султанов.

Top