13:21 / 15.09.2020
5204
В каких целях Китай выделяет крупные кредиты для Центральной Азии? Мнение эксперта

По состоянию на начало 2020 года, Ангола являлась государством, имевшим самый большой долг перед Китаем. Долг этого африканского государства составил почти 25 млрд долларов. Эксперт Темур Умаров считает, что финансовое положение некоторых государств центральноазиатского региона оставляет желать лучшего, несмотря на относительно небольшой объём долга перед Китаем.

Исследователь центра Карнеги в Москве, выпускник Московского института международных отношений, института международных связий в Гуандонге и Российской президентской академии Темур Умаров в интервью с Kun.uz высказал свои соображения о долге государств Центральной Азии перед Китаем, об отношениях региона с Китаем и внешней политике Пекина.

Темур Умаров

Центральная Азия во внешней политике Китая

Политика Китая в Центральной Азии чрезвычайно важна для Пекина. Но она не представляет особой значимости для высшего руководства поднебесной. В начале 90-х годов, когда государства Центральной Азии только что получили независимость, это считалось одним из важнейших направлений внешней политики. Особенно, для Пекина было важно сохранение мира в граничащих с ним государствах. В данный момент государства Центральной Азии развиваются стабильно, безопасность достаточно обеспечена. Теперь Китай может быть спокоен в этом отношении.

Кредиты Китая

Когда речь идёт о кредитах Китая, в основном говорят о слухах вокруг этого. На самом деле, правда, что Китай раздаёт много кредитов и займов. Эта цифра уже достигла 2-3 трлн долларов. Однако доля Центральной Азии в этой сумме невелика. Если сопоставить страны Центральной Азии с другими государствами, то они не входят в группу риска на уровне попадания «в долговой капкан». Но, если посмотреть на ситуацию внутри региона, положение некоторых государств хуже, чем у соседей. К примеру, почти 50 процентов внешнего долга Таджикистана приходится на Китай. Доля Китая во внешнем долге Кыргызстана с относительно меньшим риском достигает 45 процентов.

В обоих случаях, сумма долга перед Китаем превышает 20 процентов ВВП этих стран. Особенно, во время экономического кризиса, наблюдаемого в период пандемии, государства сталкиваются с трудностями по поводу погашения внешнего долга. К примеру, Бишкек и Душанбе просят отсрочить срок возврата долга или снизить проценты по кредитам, и ведут переговоры с Пекином. Это является сильным давлением на данные государства.

Доля Китая во внешнем долге Казахстана составляет 7 процентов. До пандемии этот показатель был ещё ниже. Об истинной ситуации в Туркменистане отсутствует достоверная информация. Как утверждается в некоторых статьях, Ашхабад уже несколько лет бесплатно экспортирует в Китай туркменский газ, поскольку их долг перед Китаем очень высок.

Узбекистан ведёт стабильную политику по вопросам внешнего долга. Если я не ошибаюсь, 15 процентов внешнего долга страны приходится на Китай. Это небольшая цифра. Даже для периода пандемии этот показатель оценивается положительно. В связи с этим, можно не бояться попадания Ташкента в «долговой капкан».

Подразумевает ли долг перед Китаем наличие политических мотивов?

Я бы так не сказал. Не считаю, что Китай разрабатывает свои политические стратегии путём предоставления кредитов. На самом деле, инициатива получения в долг исходила от государств Центральной Азии. Проблема несвоевременного возвращения долга создаёт трудности для региона, где и без того много внутренних сложностей. Китай не заставляет государства региона брать в долг, поэтому не стоит демонизировать образ этой страны. Вместе с тем, попадание экономики в зависимость от внешнего фактора, может привести к общей зависимости страны от чужой политической воли.

Вопрос уйгуров в отношениях Центральной Азии и Китая

Я не думаю, что этот вопрос исчезнет в ближайшие 10 лет. Это очень спорный вопрос. Во-первых, ситуация в Синьцзян-Уйгурском автономном районе очень важна для казахского и кыргызского народов, непосредственно граничащих с Китаем. Акции недовольства появляются не только по причине отношений Китая с Казахстаном и Кыргызстаном, но и вследствие политики в исправительных лагерях Синьцзяна. По ту сторону границ проживают родственники и близкие казахов и кыргызов.

Если говорить о будущем этого региона, то именно отношение к нему со стороны Китая может произвести решающий поворот. Представители СМИ Центральной Азии не любят много говорить об этом вопросе. Но люди черпают различную, зачастую ложную информацию из социальных сетей. Поэтому возникает неверное представление об истинной ситуации в Синьцзяне.

Что важнее для Китая - личность политика-партнёра или режим в стране?

Интересно наблюдать отношение Китая к событиям в Беларуси. Можно подумать, что Пекин готов оказать любую помощь для сохранения режима Александра Лукашенко. Но для Китая этот вопрос не имеет приоритетной значимости. Если обратить внимание на официальные заявления, то тексты написаны очень дипломатично, не чувствуется поддержки кого-либо из участников кризиса. Пекин просто наблюдает за развитием событий и ждёт итога. Они знают, что в Беларуси велико влияние Москвы. Поэтому Китай предпочитает не вмешиваться.

В Центральноазиатском регионе взгляды Китая также практически не изменились. Поскольку, по большей части, не Китаю важны эти государства, а странам региона важен Китай. Если даже изменится режим, будут избраны новые лидеры, они будут сотрудничать с Китаем. Это объясняется географическим расположением. Кроме того, исходя из уже установленных торговых связей, лучше продолжать в том же направлении. С экономической точки зрения государства больше зависят от Китая, повышается политический авторитет Пекина.

Китай не старается сохранить какую-либо личность или режим в государстве, к которому имеется интерес.

Какова будет ситуация через 10 лет?

В последующие 10 лет регион будет больше зависеть от Китая в экономическом отношении. Эту зависимость можно будет наблюдать по причине повышения политического авторитета Китая в Центральной Азии. Чем больше будет укрепляться Китай в регионе, тем интенсивнее станет и деятельность китайских бизнесменов.

Кроме того, для решения внутренних вопросов политической элиты будет популяризировано изучение и внедрение китайского опыта. К примеру, в целях обеспечения общественной безопасности в Казахстане, устанавливаются камеры наблюдения. На пути развития и прогресса можно многое почерпнуть от Китая. Когда президент Шавкат Мирзиёев говорил о сокращении бедности, он упомянул китайский опыт. На мой взгляд, отношения стран региона с Китаем не ограничатся только торговыми связями, они будут использовать китайский опыт как стандарт для ведения внутренней политики.

В последующие годы в некоторых местах можно будет наблюдать увеличение антикитайских акций. Они не будут подвергаться сильному давлению со стороны государства. Жёсткое подавление недовольства против правительства повлечёт за собой выражение недовольства внешними факторами. Вместе с тем, часть людей научится работать с китайскими компаниями, активизируется туризм и получение образования.

Подготовил Алишер Рузиохунов,
оператор Отахон Юсупов

перевод: Вадим Султанов,
Анастасия Ткачёва

Top