14:03 / 12.11.2020
1253
«Мы теряем уверенность в завтрашнем дне» - узбекские языковеды и литературоведы мечтают переехать из заброшенного здания

На этих фотографиях изображено не какое-нибудь «богом забытое» место, а «храм науки», «обитель знаний». Здесь работают сотрудники института узбекского языка, литературы и фольклора Академии наук Узбекистана, учёные занимаются научными исследованиями в сфере, которая делает нацию - нацией.

Сотрудники института трудятся в этом запущенном здании и таких же условиях с 2014 года, да ещё и платят аренду. Помимо отсутствия постоянного здания, у языковедов нет даже элементарных условий для проведения научных изысканий.

В последние годы в Узбекистане часто обсуждается вопрос государственного языка, начата практическая работа по повышению его авторитета. Но, к сожалению, не уделяется никакого внимания положению научных работников и зданию института, находящегося в самом центре этой работы.

В нашу редакцию поступило письмо от учёных, тщетно обращавшихся в десятки ведомств. Мы побывали в здании института, расположенного по адресу: город Ташкент, улица Шахрисабзская, проезд 5, и побеседовали с научными деятелями, которые там работают.

«Почему нет организации, поддерживающей людей науки, и для них не созданы достойные условия труда?»

Учёный-литературовед Сувон Мелиев, работающий в этом институте с 1975 года, рассказал нам об истории института, о своих коллегах, и науке, которая, увы, никому не нужна.

- «Я работаю в этом институте уже 45 лет. Здесь трудились видные учёные мужи, мы многому научились у них. Жизнь проходит, и реку времени не повернуть вспять… Наших учителей уже нет с нами…

Почему я об этом говорю? Каждый день по дороге на работу, в районе Куйлюка, проезжаю мимо специального ведомства, которое заботится о бывших сотрудниках, работавших в органах прокуратуры. И каждый раз, меня, как научного деятеля, задевает: почему для учёных Академии наук нет такой организации и условий?

Очень мало кто ушёл отсюда довольным. Многие видные филологи, такие, как Иззат Султон, Матёкуб Кушжонов, Эргаш Умаров, покинули институт с обидой в душе. Почему бы не поднять настроение ведущим профессорам, не поддержать их?

Я говорю всё это, чтобы показать: если сопоставить с прокуратурой, то получается, что наука, пришедшая в полное запустение, никому не нужна. Этот вывод напрашивается сам собой», —сокрушается Мелиев.

Исследователь сам подчеркнул, что он говорит это не из-за личной неприязни к органам прокуратуры. Это - просто сопоставление науки с другой сферой.

Сувон Мелиев в беседе с нами рассказал, что раньше институт находился в другом здании с хорошими условиями, а, главное, принадлежащем им юридически, и рассказал, как они попали сюда.

«В 1975 году наш институт находился на первом этаже нынешнего здания Академии наук. 5 лет спустя, в 1980 году, для института построили специальное 7-этажное здание, однако во времена первого президента оно перешло университету ИНХА. О причинах мне ничего не известно. Затем, мы переехали в эту запущенную обитель, и до сих пор работаем в таких условиях. Фактически, мы арендуем это место.

Покойный академик Тура Мирзаев, которому надоело переезжать, говорил со слезами на глазах: каждый раз, когда мы переходим в другое место, ворошат и перетряхивают наш огромный архив фольклора, а потом теряется его определённая часть. Но ведь этот архив принадлежит нашей нации, нужно хранить его как зеницу ока! В народе говорят, что переезд сродни пожару. К сожалению, при этих переездах исчезает не имущество одной или двух семей, а научное наследие целой нации!

Во-вторых, те, кто здесь трудятся, не чувствуют в обществе никакого уважения к себе. Учёный не получает никакого удовлетворения от своей работы» - говорит Сувон Мелиев.

В конце беседы заслуженный литературовед показал нам стул, на котором он сидел. Стул до того был ветхий, что держался только «на честном слове»…

«Неужели вы работаете в этом здании и не жалуетесь?»

Гульноза Саттарова работает в этом институте уже 22 года.

— Это значительный период жизни. Я-то ладно. У меня душа болит за нашу науку, её будущее. К сожалению, молодые люди, которым нужно продолжать наше дело, увидев здешние условия, просто сбегают, - говорит она.

Сатторова подчеркнула, что в последнее время усилено внимание к узбекскому языку, литературе и фольклору. Литература сейчас является «мостом» между нациями, и поднимается на уровень политики.

- Однако, наш институт остаётся в стороне, как будто мы – «отдельное государство». Сами видите наши условия, здание очень ветхое. Зимой здесь холодно, летом – жарко и душно, а в дождливые дни протекает крыша.

Книжные шкафы – тоже «со времен царя Гороха», если я не ошибаюсь, 1960-70-х годов, - говорит она.

В ходе беседы Гульноза Саттарова рассказала о том, как условия работы учёных института узбекского языка, литературы и фольклора повергли в шок иностранных гостей.

- Мы поддерживаем связь со многими государствами мира в сфере языка и литературы. К примеру, в 2018 году проводили крупную конференцию «Преподавание узбекского языка за рубежом». На эту встречу приехали писатели, исследователи-литературоведы из разных стран мира, но мы постеснялись пригласить их к себе в здание. Потому что нам стыдно за состояние здания нашего института, где проводятся научные исследования языка, литературы – символа всей нации.

В прошлом году в Узбекистан приезжал один из литературоведов Академии наук Татарстана. Он, увидев наши условия, был ошеломлён, а потом спросил:

- Неужели вы работаете в этом здании и не жалуетесь?

Мы часто бываем в научных командировках. К сожалению, институты стран, где мы бывали, и наш институт – это просто «небо и земля». Да, возможно, им не особо интересно, где мы работаем, но ведь, если вы хотите пригласить к себе домой гостей, то зовёте их, только когда имеются все условия. А мы вынуждены встречать учёных на улице, в кафе или в другом месте.

Я считаю, что подобные моменты стали причиной ослабления наших научных и литературных связей с иностранными государствами, - говорит Саттарова.

Молодёжь считает: «Раз мои преподаватели работают в таких условиях, зачем мне за ними устремляться?»

Нашим очередным собеседником стал доктор филологических наук Максуд Асадов. Он работает старшим научным сотрудником и председателем совета молодых учёных института.

Учёный рассказал о том, как условия в институте формируют мнение молодёжи о научной деятельности.

- Состояние здания института, окон и дверей, дряхлых стульев, шкафов из далёких 1960-70-х годов, и в целом, удручающая обстановка, прямо-таки убивает веру в светлое будущее научной деятельности.

У нас выполняется большая работа по фундаментальным исследованиям, есть планы. Но существует и другая сторона медали. Кто завтра будет продолжать наше дело? Естественно, молодёжь, студенты. К нам приходят на практику студенты университетов, обучающиеся по филологическому направлению.

Мы уже говорили, какое первое впечатление складывается у этих студентов об институте. А с другой стороны, у нас нет достаточно места, чтобы их тут разместить. Мы не в состоянии работать с молодёжью.

Многие сотрудники института работают также и в вузах. Вы представляете, какие выводы сделают студенты, которых учит этот преподаватель? Раз мой наставник в таких условиях, то зачем мне нужно за ним устремляться? Ведь именно так и подумают.

Мы попросили бы, по возможности, построить для нас новое здание, благоустроить красивый двор вокруг него, чтобы у молодых людей изменилось отношение к науке, - говорит он.

Услышав рассуждения научных сотрудников института, мы погрузились в раздумья: ведь мы обычно ждём от учёных новинок, которые облегчат нашу жизнь посредством развития науки.

Мы часто обсуждаем в неформальной обстановке о том, что в какой-либо точке мира учёные совершили некое открытие, в другом месте – создали какое-то сенсационное изобретение, и потом добавляем: а вот среди наших учёных таких открытий нет. Но мы никогда не задумываемся: ведь для реализации этих изысканий, изобретений исследователям нужны комфортабельные условия и материально-техническая база.

Учёные института узбекского языка, литературы и фольклора не останавливаются даже в таких жалких условиях. Они вносят вклад в развитие узбекского языка по результатам ряда фундаментальных исследований. Заместитель директора института Манзура Отажон рассказала об этом следующее:

- За прошедшее время научным коллективом института был осуществлён ряд фундаментальных научных исследований в области узбекского языка, фольклора и литературы. В результате были изданы 10-15-20-томные собрания фольклора, произведений Алишера Навои, 20-томник Ойбека, серии по истории узбекской литературы, переработанные и дополненные толковые, орфографические, переводные и многие другие словари, академические учебники и монографии по узбекскому языку, литературе и фольклору. Сформирован также бесценный архив фольклора.

Продолжается работа над «Энциклопедией Алишера Навои» (в трёх томах), «Энциклопедией Абдуллы Кадыри», 50-томной антологией «Жемчужины узбекской литературы», 100-томным собранием «Узбекское устное творчество», 3-томным «Узбекско-английско-русским толковым словарём литературоведческих терминов», и над другими исследованиями, - сообщила она.

Мы побывали в «храме науки», вышли на улицу, и ещё раз взглянули на улицу Шахрисабзскую. По обеим сторонам улицы красуются современные величественные здания, высотные бизнес-центры.

А в обветшалом «хранилище знаний», где работают учёные в области узбекского языка, литературы и фольклора, нет ни следа современности. Как внутри, так и снаружи, оно пропитано затхлым запахом старости.

Мы надеемся, что ответственные лица данной сферы не отнесутся с безразличием к обращениям наших научных деятелей. Ведь, как мы говорили выше, сейчас, когда начаты действия по повышению авторитета и значимости узбекского языка, было бы логически правильно разместить этот институт в центре реформ.

Беседовал Ильяс Сафаров,
оператор – Мирвохид Миррахимов.

Top