16:49 / 05.03.2021
5171
Юлий Юсупов назвал вопросы к ГНК после отмены зачета НДС

На критические статьи в СМИ и социальных сетях по вопросу отмены зачета НДС пресс-служба ГНК опубликовала в официальном сайте опровержение. При этом не решившись назвать авторов по имени, но не преминув при этом назвать их «экспертами в кавычках». Хорошо, пусть мы будем «экспертами в кавычках» – как-нибудь переживем.

Теперь о содержательной части.

Пресс-служба утверждает, что:

— Все действия ГНК, «начатые в ходе активной борьбы со «схемами» уклонения от уплаты НДС», «логичны, последовательны, определены в рамках действующего налогового законодательства» и широко используются в международном налоговом администрировании».

— Реестр из боле чем 500 «сомнительных фирм» был составлен «на основе 64 критериев автоматизированной системы «Риск-анализа»».

— По итогам камеральной налоговой проверки подтверждено, что «фактических случаев продажи товаров или оказания услуг за фиктивными документами каждого субъекта, работавшего с «сомнительными» фирмами, не было».

Вопросы к пресс-службе:

1. Какие именно из 64 критериев риск-анализа позволяют отнести «сомнительные компании» к «обнальщикам». Ранее опубликованные критерии ничего похожего на признаки «обнальщиков» не содержали. Пока же совершенно не понятно каким образом «сомнительные» и «обнальщики» стали в терминологии ГНК синонимами.

2. Почему претензии к «сомнительным компаниям» в заключении фиктивных сделок и/или не уплате НДС не были предъявлены в судебном порядке?

3. Каким образом в ходе «камерального контроля» (то есть ГНК проверил собственные подозрения и, о чудо, проверка показала собственную правоту — как неожиданно) было установлено, что сделки 7,5 тысяч предприятий с «сомнительными компаниями» оказались фиктивными. Что это за уникальная методика, позволяющая делать такие сенсационные открытия? Пожалуйста, поделитесь.

4. Из скупого сообщения пресс-службы следует, что «камеральный контроль» заключался в том, что предприниматели должны были предоставить некие «подтверждающие документы». И если они их не предоставляли, то сделка автоматически считалась фиктивной. Я правильно понял суть «камерального контроля» или что-то недоговорено? Какие именно документы должны были предоставить налогоплательщики? Какие именно нормы законодательства обязуют иметь и представлять эти документы? Ответьте пожалуйста.

5. Имеет ли право ГНК без решения суда, исключительно на основе «бесконтактных проверок» изымать собственность (денежные средства) и замораживать счета предпринимателей? На основе каких норм законодательства ГНК это делает?

6. Да, в Налоговом кодексе Узбекистана есть норма, дающая право налоговым органам «произвести отмену либо корректировку зачета, если имеются доказательства, что право на зачет появилось в результате мнимой или притворной сделки по приобретению товаров (услуг)». Но, во-первых, мнимость сделки сначала надо доказать, пока доказательств по 10 тыс. уже наказанных компаний так и не представлено. Во-вторых, уважаемый ГНК, положа руку на сердце, ответьте пожалуйста, разве отмена зачета по уже уплаченному налогу (в норме не говорится, что налог не был уплачен) не противоречит принципу работы НДС? Если налог был все же уплачен, то с какой стати его нужно оплачивать снова? Разве вы не понимаете, что такого рода правоприменение разрушает систему уплаты НДС? Почему бы вам не выступить с инициативой отмены этой вредительской нормы или хотя бы ее не применять (ее применение – право, а не обязанность ГНК)? Пожалуйста, не рубите «сук», на котором держится наша налоговая система, не разрушайте ее!

В добавок приведу комментарий читателя Николая Сергеева от 17 февраля:

«Действия ГНК уже становятся возмутительными. Год назад наше предприятие получало такое же предписание о непризнании суммы НДС по сделке с неким поставщиком, которого ГНК посчитал “нехорошим“. Там также были ссылки на статьи Налогового Кодекса 15 и 266, как и в этот раз. В ответ мы подали развернутое объяснение, но ничего из нашего объяснения не было принято.

Сейчас история повторяется один в один. Объясняю для дорогого ГНК содержание любимых им статей 15 и 266 НК.

1. В ст. 15 говорится о “должной осмотрительности“. А именно вот что (не дословно, но, по существу):

Первый абзац – при выборе контрагентов налогоплательщик должен проявлять должную осмотрительность — всё верно. Правильное предписание.

Второй абзац – если поставщик оказался “нехорошим“ и “не исполнил свои обязательства“ перед вами, грубо говоря вас “кинул“ (типа деньги получил, но товар не поставил), то это ваша проблема, и потерянные таким образом деньги не уменьшают налогооблагаемую базу. Совершенно справедливое условие.

Третий абзац — именно ГНК обеспечивает нас официальной информацией о статусах налогоплательщиков.

Действительно, на my.soliq.uz есть страница, где можно проверить статус любого предприятия. Очень удобная и полезная функция. Отлично! Но!

Так называемый “нехороший“ поставщик нас не кинул, свои обязательства по договору исполнил, и товар мы получили полностью. И на момент совершения сделки в реестре ГНК этот поставщик числился “хорошим“ плательщиком НДС. Нехорошим он стал через месяц после сделки с нами.

И это совершенно чётко видно на портале my.soliq.uz — там указаны дата получения статуса плательщика НДС и дата прекращения этого статуса.

И ГНК абсолютно не напрягаясь может (точнее — обязан!), по этим своим же собственным сведениям, отфильтровать сделки с “подозрительными“ для него предприятиями по периодам, когда эти предприятия официально имели статус плательщика НДС.

И ГНК не имеет права предъявлять претензии по НДС по сделкам в период их “нормальности“. Потому что согласно ст. 15 НК это именно обязанность ГНК — обеспечить всех нас информацией для нашей «должной осмотрительности».

Таким образом, ст. 15 никак не является основанием для отказа в зачёте НДС по сделкам с предприятием, имеющим в период сделки статус плательщика НДС на официальном портале ГНК. Никак! Но в стандартном тексте претензии о незачёте НДС ст. 15 указана, как основание.

2. Ст. 266 — там в последнем абзаце просто и недвусмысленно сказано — “Налоговые органы вправе произвести отмену либо корректировку зачета, если имеются доказательства, что право на зачет появилось в результате мнимой или притворной сделки по приобретению товаров (услуг).

Внимательно читаем — если ИМЕЮТСЯ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ПРИТВОРНОЙ ИЛИ МНИМОЙ сделки!

Про других не знаю, но у нас сделка абсолютно реальная (покупка комплектующих для последующего производства), с поставкой реального товара, с наличием всех документов, с наличием у Поставщика статуса плательщика НДС на момент совершения этой сделки.

Дайте нам доказательство, что эта сделка была мнимой! Именно это мы требовали в своём пояснении на прошлогоднее требование о доначислении НДС — но нас тогда никто не услышал и не ответил. Сейчас всё повторяется вновь...

Дорогой ГНК, пожалуйста, внимательно читайте свой Налоговый Кодекс. Внимательно читайте его и исполняйте то, что этим Кодексом предписано вам исполнять. И не выдумывайте свои затейливые трактовки того, что там не написано.

По факту и к глубокому сожалению ГНК показал свою полную неспособность в расследовании налоговых преступлений (которые конечно же бывают, и которые конечно же надо выявлять и бороться с ними).

Прикрываясь громким термином “обнальщики“ ГНК громит не их, а добросовестных покупателей. Если кто-то из так называемых “обнальщиков“ не заплатил в бюджет НДС — вот с них и взыскивайте. Тем более, что для этого в главах 13 и 14 НК прописаны процедуры “обеспечения уплаты налогов“.

Про множество наших обращений в ГНУ и ГНК по некорректной работе Персонального кабинета и реестров входящих и исходящих ЭСФ, по не отражению в этих реестрах некоторых таможенных документов, про несоответствие процедур обработки ЭСФ с положениями ПКМ 489 (спустя уже полгода!), и пр., пр. — здесь не буду.

Но вразумительной реакции на все эти обращения не было, увы…»

Юлий Юсупов
директор Центра содействия экономическому развитию (CED)

Top