18:46 / 10.08.2020
24020
Хирург-узбекистанец в США: «Медицину двух государств невозможно сравнить»

Врачи из Узбекистана работают в разных уголках мира. Кто-то стремится повысить свою квалификацию, кто-то – увидеть мир, а кто-то недоволен тем, что на родине его не оценили по достоинству.

На сайте Kun.uz продолжается цикл бесед о врачах-узбекистанцах за рубежом. Наш очередной собеседник – хирург Лазиз Мардонов, проживающий в США, в штате Нью-Йорк. Мы обратились к нему с традиционными вопросами.

- Здравствуйте. Расскажите немного о себе.

- Я приветствую Узбекистан. Меня зовут Лазиз Мардонов, мне 43 года. Окончил Самаркандский государственный медицинский институт в 2002 году. По специальности хирург. В Узбекистане работал в республиканском специализированном хирургическом центре имени академика В.Вахидова.

Впервые приехал в США в 2015 году по краткосрочной программе. Семья была со мной, им очень понравилось эта страна, особенно, образование в школах. Оставил там семью, и через 3 месяца вернулся в Узбекистан. Очень сложно было тогда находиться вдали от семьи.

До 2018 года жил на два государства, то в США, то в Узбекистане. В 2018 году мы с семьёй полностью переехали в США. Сначала мы жили в городе Нью-Йорке. В данный момент проживаем в городе Сиракьюс штата Нью-Йорк.

- Вы были одним из квалифицированных специалистов в Узбекистане. Даже участвовали в первой операции по пересадке печени. Почему вы уехали за границу?

- Узбекистан – наша родина, и, конечно, я вернусь сюда ещё не раз. Но пока что наша медицина значительно отстаёт от других государств.

Действительно, я работал в ведущих клиниках столицы, у меня был определённый авторитет. Но мне хотелось чего-то нового, расти в профессиональном плане, работать в современных системах. Не секрет, что в США всё это есть. Кроме того, я думал о будущем своей семьи, и хотел, чтобы мои дети учились в ведущих университетах мира.

До Америки я повышал квалификацию во многих государствах мира. В 2018 году вместе с российскими коллегами мы впервые в Узбекистане провели операцию по пересадке печени. Это была очень долгая операция, она длилась в среднем 16-17 часов.

После этого, если не ошибаюсь, провели ещё 2-3 операции. Но не нужно было этим ограничиваться. В Узбекистане очень много людей нуждаются в такой операции. А это требует системного подхода. По моим подсчётам, в Узбекистане нужно делать 250-300 таких операций в год. Это послужит толчком для развития научной деятельности.

Но, когда я приехал в США, сразу не смог работать врачом. Потому что, в США можно работать только после сдачи очень сложного трёхступенчатого экзамена, при этом не учитывается, где вы учились и работали.

Этот экзамен можно сдать за 1-2 года, но на этом всё не заканчивается. Начинается следующая стадия, там нужно пройти процесс, похожий на нашу магистратуру. Для этого терапевты, к примеру, учатся в среднем 3 года, хирурги – 4-5 лет, нейрохирурги – до 7 лет.

Я столкнулся здесь с очень серьёзной проблемой. Потому что при приёме на эту учёбу есть возрастные ограничения, можно поступить туда только до 35 лет. Когда я приехал, мне было уже 40, то есть, я опоздал.

Многие знакомые тоже потеряли время при этом процессе, а потом им пришлось перейти в другие сферы. Мне тоже потребовалось много времени и труда, чтобы работать здесь врачом. Я не хотел терять время, и решил начать работу на низшей ступени.

Я сдал экзамены, и получил работу наподобие «медбрата» (Registered Professional Nurse, BSN – Bachelor Science of Nursing). Конечно, это не было моей целью, я планировал постепенно идти вверх. Сейчас работаю на позиции Nurse Practitioner, это тоже врач, он может работать как в простых больницах, так и в ведущих клиниках. Больше это соответствует понятию врача общей практики или семейного врача, он может открывать небольшие офисы, принимать и лечить больных.

Такая категория врачей помогает экономить государственный бюджет, и их очень много.

- Вы находитесь очень далеко. Какие здесь условия? Есть ли здесь другие узбекистанцы, кроме вас?

- Конечно, узбекистанцы живут во всех уголках мира. Многие из друзей, с которыми вместе учились, тоже здесь. Раньше я жил в Нью-Йорке, всем известно, что здесь есть очень большая узбекская диаспора. В прежние времена узбекистанцы, приехавшие сюда, старались заработать здесь много денег за небольшое время, а потом создать на родине все условия. А теперь, по моим наблюдениям, всё изменилось, многие не отправляют денег на родину, и стараются устроиться здесь. Тратят деньги на образование детей, открывают крупные компании, занимаются бизнесом. То есть, наши соотечественники не ограничиваются должностью простого рабочего, а начинают осваивать более высокие ступени.

В данный момент мы с семьёй живём в городе Сиракьюс. Это за 400 км от Нью-Йорка, недалеко от Канады. Природа очень красивая, много гор, озёр. В целом, здесь отношение к природе совершенно другое. Её очень оберегают, охраняют, это отдельная тема.

Мы переехали в этот город, потому что моя дочь подала документы в университет Сиракьюс по направлению медицины, прошла большой конкурс, и её приняли. Оплата за год – в среднем 55-65 тысяч долларов. Для меня это большие деньги. Но 54 тысячи из этих средств, то есть, почти всё, оплатили на основе отдельного государственного гранта.

Я хочу сказать, что не нужно бояться размера платы за учёбу. В зависимости от показателей учёбы студента, 90-95 процентов оплачиваются университетом и различными государственными грантами. А это даёт большой стимул для получения хороших знаний. Всё зависит от самого человека.

Если бы я знал о таких возможностях в студенческие годы, то ещё с первого курса уделял бы большое внимание изучению языка.

- Расскажите о вашей работе, о сходствах и различиях медицины Узбекистана и США.

- Я работаю в одной из клиник города Сиракьюс. В мои обязанности входит уход за больными, их в среднем по 40 человек в различных отделениях на четырёх этажах, всего 160 человек. То есть, в каждом отделении есть свои «медбратья», а я их всех контролирую. Если есть необходимость, даю консультации.

Очень сложно сравнивать системы государственной медицины двух государств. Они резко отличаются друг от друга. Если скажу, что нет никакого сходства, то не ошибусь. В Узбекистане во многих аспектах система здравоохранения сохранила модель бывшего Советского Союза.

В США государство уделяет огромное внимание человеческим ресурсам, и это считается самым большим богатством. Не какие-то природные богатства или высокопарные речи, а именно человеческий капитал находится на первом месте. В каждой сфере стараются выйти на первое место.

В медицине работают крупные центры, серьёзное внимание уделяется каждой новинке, в исследованиях есть своеобразный дух здоровой конкуренции. Коррупции – минимум, я ни разу не сталкивался. Заработной платы сотрудников вполне хватает на нормальную жизнь.

Система налажена до такой степени, что один человек её изменить не сможет, то есть, если поменяется министр, главврач, то фактически это ни на что не повлияет.

В основе всего находится система образования, детей ещё со школьной скамьи учат стремиться расти. Ещё один аспект, здесь привлекают самых лучших учёных мира, и собирают в одном месте «золотые головы». Уделяется особое внимание работе каждого специалиста, творческому подходу.

К примеру, на моём рабочем месте настолько развита телемедицина, что если я не могу прийти к точному заключению по какому-либо пациенту, то сразу же привлекаю ведущих врачей через Интернет, показываю им через камеру больного, прослушиваю его сердце, выкладываю на мониторе его результаты УЗИ, и получаю необходимые рекомендации.

Конечно, можно ещё хвалить. Короче говоря, сравнивать невозможно. Если изучить, сколько процентов ВВП в США тратится на медицину, всё будет понятно.

- Многих интересует вопрос, какую зарплату вы получаете?

 

- Конечно, для моих соотечественников это не секрет. Но здесь есть такое правило, что нельзя спрашивать кого-то о зарплате, и обсуждать это.

Я вам расскажу об общей системе зарплат. Зарплата работников на моей позиции в среднем начинается от 40 долларов. Обычно столько получают те, кто только начал работать. Через 2-3 года зарплата повышается, и может достичь 65-70 долларов. В неделю работают в среднем 40 часов. Но если работать больше, то и оплата повышается.

Короче говоря, годовой доход медбрата составляет около 80-85 тысяч долларов, то есть, если они будут работать 40 часов, 5 дней по 8 часов или 3 дня по 13-14 часов. Если будут работать больше, то больше и получат.

Следующая ступень, к которой я стремлюсь – это позиция Nurse Practioner, где годовая зарплата начинается уже от 120-130 тысяч долларов (при работе 40 часов в неделю). Если работать дополнительные часы, то доход повышается.

Заработная плата непосредственно врачей составляет около 220-250 тысяч. Конечно, это зависит от того, в какой больнице работать, то есть, зарплата может быть ещё больше. Среди кардиохирургов, нейрохирургов многие зарабатывают 1 млн долларов в год.

- Какова ситуация с коронавирусом в регионе, где вы проживаете? Были ли вы лично привлечены к борьбе с этим заболеванием?

- В марте коронавирус в Нью-Йорке очень быстро распространился, и привлекли врачей со всей страны. В то время зарплата «медбратьев» в час поднялась до 200-250 долларов. В других штатах ситуация была спокойной. Впоследствии заболевание разошлось по всей стране.

В начале распространения COVID-19, одно время ощущалась растерянность. Но сейчас ситуация стабилизировалась. Многие знают, как государство США обеспечивало своё население, думаю, что на этом останавливаться не стоит.

Лично я не работал в зоне эпидемии или в специальных больницах, но в нашу клинику привозили многих больных, инфицированных этим заболеванием. Они лечились здесь определённое время, а потом их отправляли в специальные больницы.

Беседовал Аброр Зохидов

Перевод: Вадим Султанов,
Анастасия Ткачева

Top