Коллектив просит вернуть бывшего директора. История восстановления Международного аэропорта Навои
|03:19 / 13.11.202016 59921 мин
Авиация – одна из важнейших сфер экономики. Ее успех определяет успешность многих других сфер, тем более, если у страны нет выхода к морю. Формула успеха авиации, как и многих других сфер в условиях рыночной экономики давно выработана. Это – переход к подлинным рыночным отношениям, уход от всевозможных форм вмешательства извне в деятельность аэрокомпаний и аэропортов.
Сегодня мы решили познакомить читателя с позитивным примером, который имел место у нас – в Узбекистане. Международный аэропорт Навои. За 10 месяцев превратился из почти заброшенного с миллиардными долгами аэропорта в прибыльный, с которым теперь сотрудничают десятки авиакомпаний.
За 10 месяцев количество коммерческих грузовых рейсов увеличилось в 2,5 раза. Восстановлена деятельность гостиницы Silk Road Palace при аэропорте. Своими силами запущена услуга предоставления бортового питания (кейтеринг) для экипажей. Возобновлена работа по обработке почтово-курьерских отправлений, на чем аэропорт заработал почти 3 млрд сумов. Все это связывается с именем Алишера Клычева, который руководил международным аэропортом Навои в течение этих 10 месяцев. С которым мы и поговорили.
– В сети появилась информация о международном аэропорте Навои, преобразившемся за короткий срок, и сделали это Вы, Алишер Клычев. Расскажите, пожалуйста, предысторию, как все начиналось? С чем вы столкнулись, когда пришли на работу в аэропорт?
– Мне было немного страшновато, потому что никогда не приходилось быть руководителем такого большого коллектива. Я работал в «Узаэронавигации» начальником связи. Знаю аэропорты изнутри, всЕ, что касается кабельных коммуникаций, какие объекты являются важными, где нужна связь и т.д. У меня в подчинении было 180-190 человек, большой коллектив, которым я руководил. А здесь – около 800 человек. Огромный грузовой двор, площади, пустоты, всего 2-3 тонны груза, хотя производительность была 200-300 тонн в сутки. Самолётов нет.
– Огромные невостребованные ресурсы.
– Да. И, естественно, потухший взгляд скучающих работников. Я вызвал всех руководителей, поговорил с ними по отдельности, мы обсудили имеющиеся проблемы. Это был декабрь, впереди заморозки, снег, очень тяжелый период. Я никогда не руководил аэропортом, мне нужно было быть на 100% уверенным в коллективе, чтобы провести зиму хорошо, не опозориться. Поэтому я начал с руководителей. Естественно, каждый из них говорил, что все хорошо, мы справляемся, у нас все работает и т.д. Это меня всегда настораживало. Поэтому я пошел в коллектив, собрал каждую службу без руководящего состава, без начальников смен, просто самих рабочих.
Они сначала отнеслись с опаской, боялись, что им за это попадет, но я сказал: «Ребята, я многого не знаю. Но я приехал сюда, чтобы помочь, и чтобы вы мне помогли поднять и раскрутить этот аэропорт. Потому что, если я не буду уверен в вас, я не смогу быть спокойным. Если я дал какие-то поручения или задания, я должен быть на 100% уверен, что вы это сделаете профессионально и грамотно. А для этого выскажите мне свои проблемы, расскажите, что вас мучает, потому что в авиации нужно приходить на работу с ясной головой. Один задал вопрос, второй, и я понял: тут годами не решаются проблемы. Эти проблемы были настолько мизерными, что я решил их прямо на месте. Техник поднялся и сказал: 5 лет я уже работаю техником без категории. Я говорю: почему? У вас есть комиссия по принятию экзаменов? Да, есть, но нас не допускают, идет сплошная экономия.
По теме
С первых дней я заметил, что внимание аэропорту уделялось совсем мизерное, и что оставалось делать директорам? Экономить на всем. Но, как говорится, скупой платит дважды. Когда-нибудь это вышло бы наружу. На этом же собрании я дал соответствующие указания. Сказал работникам, что они имеют право требовать от работодателя. Например, нет спецодежды. Вы представляете, зима. На улице женщина в тоненьком халате темно-синего цвета убирает территорию. Как это наши матери, сестры в такой одежде работают на холоде? Тут же вызвал начальника.
Примерно через месяц они все были обуты и одеты. Причем право выбора формы одежды я предоставил женщинам, потому что в областях свой менталитет, женщина должна выглядеть, так как это принято в данном регионе. Они выбрали цвета, фасон. И мы быстро все сделали. Потребовалась не очень большая сумма. Я открыто сказал: есть такие вопросы, которые я не понимаю, не знаю. Я пойду в кабинет, почитаю, и вам потом отвечу.
Я столкнулся с тем, что работники не знают своих прав. Когда человек не знает своих прав, им легко управлять, но я так не могу, поэтому сказал им: прочитайте, изучите, есть должностная инструкция, это – основной документ, там все прописано. Но учтите: все, что вы имеете право потребовать, я вам сделаю и обеспечу, но я также буду иметь право требовать от вас. Помогите мне. Без вашей поддержки я не смогу ничего сделать. У каждой службы были проблемы: например, в туалете нет горячей воды. Поставили «Аристон», это ведь не сложно.
Алишер Клычев
Народ уже не боялся, и открыто говорил о своих проблемах. Я спрашиваю у начальника ССТ: справимся ли мы зимой? Справимся. Есть проблемы? Нет. А народ говорит, что есть. Я для себя потихоньку у всех служб записал все уязвимые места аэропорта, где обязательно нужно поработать: аэродромная служба, служба спецтранспорта, служба организации грузовых перевозок, пассажирских перевозок – всего два рейса в неделю. К январю у меня уже была общая картина, что у нас есть, какая ситуация, и в каком направлении нужно двигаться. В первую очередь, это разобщенность коллектива. За месяц мне удалось сплотить коллектив. Я не скажу, что это получилось быстро с руководителями объектов. Там приходилось работать, и до последних дней я вел эту работу.
Сейчас спокойно могу сказать, что это – команда. Они стали уважать друг друга. Конечно, имеются ещё недостатки, но они уже сами с этим справятся, и сами поймут, что это им мешает в работе. Руководящий состав очень молодой, грамотный, умный. Просто надо их направить в нужную сторону, чтобы раскрылся их ум, талант. Каждая служба должна приносить прибыль. Я начинал с этого свои еженедельные собрания и говорил каждой службе: что вы сделали за неделю? Какую прибыль принесли? Работать надо с той позиции, что все должны внести какой-то общий вклад.
В январе или феврале прилетал наш президент, Шавкат Миромонович, все прошло хорошо. Мы встретили его, служба аэропорта отработала без единой помарки. Весь коллектив помогал мне в этом.
Я заметил, что территория была запущенной. В Навои, и, соответственно, в аэропорту – проблема с водой. Но аэропорт – это ворота в город. Если пассажир или почетный гость приедет и увидит эту желтую траву, серые стены, у него сразу же упадет настроение.
Долгострой. Это склад, строительство которого началось 10 лет назад, и до сих пор не закончено. Когда я пришел, мне дали задание в кратчайшие сроки его запустить, чтобы танкеры могли поднимать топливо, 4 тысячи кубов. Старый склад был на 1200 кубов. Естественно, все понимают, что при увеличении количества рейсов проблемы с топливом быть не должно. Поэтому и начали строить склад, но в течение 10 лет строительство затягивалось по каким-то причинам. Мы стали работать в этом направлении, и на сегодняшний день все 4 тысячи кубов заполнены топливом. Мы получили все необходимые разрешения, провели работу. Сейчас мы спокойно можем принять до 5 тысяч тонн авиационного топлива.
Грузовой терминал. Я увидел там лужи воды. Крыша течет. Первоочередная задача была восстановить эту крышу, найти людей. Когда я приехал, не было юриста. Не было строителей. Отдел капитального строительства состоял из 6 человек: прораб, 5 рабочих. А как сметы проверять, как вести работу?
Много было вопросов. Мне было очень тяжело. У меня был только один заместитель директора по режиму авиационных запасов. Все. Естественно, в начале я не просил себе заместителя, я среди своего коллектива увидел грамотных людей, и поручал ту или иную работу каждому. Одному – производственное направление, другому – направление планирования, ведение переговоров с иностранными партнёрами. Все – молодые ребята, очень грамотные. Работа шла по всем направлениям параллельно. Было трудно. Нельзя же одним махом заключить договор и быстро все сделать. На все нужно время. Поэтому маленькими шажками, но мы двигались вперед.
На территории аэропорта Навои находится гостиница. Она тоже бездействовала, была в нерабочем состоянии, и ежегодно приносила немалые убытки аэропорту. Была поставлена задача: восстановить гостиницу и запустить ее. На сегодняшний день гостиница работает. Вложили туда небольшие средства, и в период пандемии там останавливались экипажи иностранных компаний. Те деньги, которые мы получали от этой гостиницы, вкладывали в нее же. Мы не брали из другого фонда. Сегодня я спокоен, что мы сможем принять в эту гостиницу людей, и до сих пор там проживают экипажи иностранных судов. В декабре-январе было 4 рейса в неделю, один Uzbekistan Airways, 2-3 рейса – турецкая компания. Это по грузовым. По пассажирским – Red Wings и Уральская компания.
В 2019 году, когда я принимал аэропорт, у нас был договор только с турецкой компанией, с российскими компаниями Red Wings и уральскими авиалиниями. Ежедневно мы занимались тем, как привлечь партнеров, т.е. писали письма во все грузовые авиакомпании. Получали ответы: ваши тарифы высоки, стоимость топлива высока. Начали прорабатывать этот вопрос, изучать рынок, какие цены в Казахстане, в Туркмении, в Кыргызстане – у ближайших соседей. Если открыть программу Flight Radar, можно увидеть, что Казахстан за сутки имеет 15-20 рейсов, в Киргизии тоже. Мы пытались узнать, какие авиакомпании туда летают, по каким ставкам, тарифам. Выяснили, что в среднем наши ставки завышены в 2 раза.
Руководство Uzbekistan Airports, министерство вели этот мониторинг. Поэтому в феврале, впервые в истории Узбекистана был организован первый международный авиационный форум. Мы готовились к этому форуму, чтобы познакомиться, показать свою привлекательность. А чем привлечь? Как привлечь? Если пойдете на рынок, как продавец привлекает? Он громко кричит и акцентирует ваше внимание на себя. А потом, когда вы подходите и спрашиваете: сколько стоит, а цена у него в 2 раза больше, вы молча уходите.
Нам обещали, что после этого форума будут снижены тарифы. Мы готовились к этому форуму. Я приехал со своими сотрудниками. За день до форума меня вызвал министр транспорта и я ему рассказал, что за эти 2 месяца сделал. Он спросил, как я собираюсь развивать аэропорт. Я честно и открыто заявил, что ставки очень высоки, даже если великого гения посадите в аэропорт Навои, и ставки останутся прежними, он не поднимет его, надо привлечь конкурентоспособные ставки. Он меня понял, и поручил нам подготовить предложения. Я ответил, что у меня руки связаны, я не могу сам назначать эти ставки. Дайте свободу аэропортам, пусть они сами регулируют ставки, потому что это нужно делать оперативно. Через неделю аэропорт Навои получил конкурентоспособные ставки. Мы сами их разрабатывали с помощником, смотрели, где, в каком регионе, какие существуют ставки за взлет-посадку, за обслуживание, за подачу трапа. Мы обобщили все эти данные и установили минимальные ставки.
Через неделю я получил письмо, где было указано, что я имею право лично предоставлять те или иные ставки, сборы. Мы тут же объявили данные ставки аэропорта Навои. Это не значило, что мы сразу установили самые низкие ставки. Нет, потому что грузовые самолеты к нам все равно летали бы. Бизнесмены отправляют грузы из Турции, Эмиратов, Китая. Бизнес работает, естественно, и грузы, в среднем, от 1000 до 1,5 тысяч тонн в месяц. 2 авиакомпании – турецкая и Uzbekistan Airways привозили грузы. Я разговаривал с бизнесменами, с отправителями, они говорили, у них остается 500 тонн, 800 тонн, а в пик сезона 1000 тонн. Поэтому мы поставили перед собой задачу найти авиакомпанию, которая сможет привозить эти грузы. И мы нашли такую компанию, предоставили ей ставки чуть ниже, и, тем самым, привлекли еще одного авиаперевозчика. На сегодняшний день он выполняет 8-9, бывало, что и 11 рейсов. Цель была – снизить тарифы, а за счет снижения – увеличить количество авиарейсов.
В аэропорту Навои никогда не было технических посадок. Только один-два раза в прошлом году. Как только мы получили эти тарифы, у нас появилось еще одно направление технической посадки. Самолеты начали летать. Сначала мы вложили деньги в гостиницу, члены экипажа у нас ночевали, отдыхали. То есть, мы получали деньги, работа пошла. Когда коллектив увидел, что все идет хорошо, они воспряли духом. Если мне нужна была какая-то помощь, организовать хашар, то мне было достаточно сказать руководителям: поднимайте народ, надо помочь. Все – с удовольствием, я никого не заставлял.
На сегодняшний день нас знают более 36 авиакомпаний, которые уже прилетали в наш аэропорт Навои. Мы с ними заключили договора. После форума, когда мы привлекли вторую турецкую компанию, на первых переговорах турецкий сотрудник компании говорит: «Алишер-ака, аэропорт Навои не знают. Давайте, я соберу у себя в офисе всех своих агентов, а вы пришлете сотрудников и сделаете презентацию». Я отправил туда двоих ребят, они провели презентацию. Свыше 30 авиакомпаний открыли для себя наш аэропорт. Раньше Узбекистан ассоциировался только с Ташкентом. Никто не знал, что у меня холодильные камеры, склад опасных грузов, большой терминал, вся инфраструктура. Я могу гордиться своим коллективом, который поверил в свои силы.
Однажды мы одновременно обслужили два грузовых самолета, но так совпало, что прилетел еще и пассажирский. И мы справились. Ни один самолет не задержали, они улетели вовремя.
Количество грузовых рейсов увеличилось в 2-3 раза. Если судить о финансовых показателях, в январе у нас был убыток 2 млрд сумов с небольшим, в феврале – 1 млрд 900 млн. В августе мы вышли в плюс. В сентябре заработали 1 млрд 50 млн. Октябрь еще не завершился, но, по моим предварительным подсчетам, на 26 октября мы уже имеем прибыль 2 млрд 800. Количество перевозимого груза увеличилось в 2 раза. Сейчас на 25 число – 2 600 тонн. Наш терминал рассчитан на 400 пассажиров в час.
Было 2 случая. Чартерные рейсы, друг за другом, 2 пассажирских рейса, 300 человек на борту. Они обычно прилетают ночью. Коллектив отработал без запинки. Все со стороны аэропорта было сделано четко. Самолет не задержали, он улетел вовремя. Оба самолета. Вот это показатель. Показатель коллектива, который поверил в себя и начал работать.
Мы еще открыли обработку почтовых курьерских отправлений. Обработали 3 тысячи тонн. Получили выручку от этого вида деятельности на 3,5 млрд сумов. Это дополнительный доход аэропорта. Нам нужны конкурентоспособные ставки и сборы за наземное обслуживание. Это раз. Второе – конкурентоспособное топливо. Аэропорту Навои предоставили конкурентоспособную стоимость – продаем топливо по 550 долларов. Наша задача заключается в том, чтобы любой гражданин Узбекистана мог себе позволить летать. Чтобы самолет для нас был не роскошью, а средством передвижения. Сегодня у аэропортов очень много проблем. Старая спецтехника, 2008 года. Во всех аэропортах одна и та же беда. Необходимо построить полосу, дорожки, увеличивать количество стоянок, чтобы принять самолет. Нужно вкладывать средства. Аэропорты должны зарабатывать от авиационного наземного обслуживания.
Пользуясь случаем, я бы хотел обратиться к нашим бизнесменам. Во всех аэропортах огромная территория. Не живите сегодняшним днем. Завезите оборудование, и производите экспорт ориентированную продукцию. С удовольствием в любом аэропорту найдутся производственные площади. Заброшенные здания. Внутри аэропорта мы можем открыть на основе ГЧП частный бизнес по производству. У них будет партнер под боком, самолет, вся инфраструктура, техника. Т.е., если это будет совместно с аэропортом, на государственной основе, бизнесменам будут предоставляться льготы. Но стоимость топлива должна быть конкурентоспособной. Это мое мнение.
– Вы 10 месяцев управляли международным аэропортом Навои. Мы знаем, что вы сейчас ушли с работы. Почему?
– Да, 10 месяцев прошло быстро. Я был принят на работу исполняющего обязанности директора международного аэропорта Навои на основе трудового договора с Uzbekistan Airports. На сегодняшний день я, к сожалению, не работаю в аэропорту Навои. Внезапно пришли, устроили собрание, представили временного исполняющего обязанности. Когда я пришел в свой кабинет, мне вручили приказ. Ни на каком собрании я не был. Немного обидно. Всему коллективу огромное спасибо и мой поклон им за то, что они в меня поверили, и мы с ними так хорошо поработали.
Как стало известно, Алишер Клычев был назначен директором ООО «Международный аэропорт Навои» 19 декабря 2019 года до подбора основного работника. Трудовой договор, заключённый с ним приостановлен 22 октября в связи с назначением нового руководителя.
Министерство транспорта сообщило нам, что директора местных аэропортов назначаются и освобождаются решением общего собрания членов АО «Uzbekistan airports» и что министерство не вмешивается в этот процесс.
Для коллектива ООО «Международный аэропорт Навои» и многих пользователей социальных сетей, которые осведомлены об успешной деятельности Алишера Клычева, который за короткий период достиг высоких результатов на своем посту, остается непонятным, почему его самого не назначили основным директором, дав продолжить начатое дело.
