«Без реформ футбол мы не поднимем!» — футболист и тренер Азамат Абдураимов о состоянии и перспективах узбекского футбола 

— Зависит от того, кто является хозяином клуба. Самый лучший вариант, когда клуб принадлежит крупному холдингу. Тогда с финансированием не будет проблем. «Бунедкор» финансирует нефтегазовый комплекс, АГМК и «Металлург» — металлургические комплексы. Есть и другие варианты. Чуть больше десяти лет назад я работал в «Динамо» Самарканд, основного спонсора там не было, клуб был на балансе областного хокимията. Помню, в те времена областной хоким ежегодно собирал совещания с участием представителей бизнеса и банкиров. Меня сажали в президиум. В какой-то момент он указывал на меня и говорил: «Видите, это Азамат Абдураимов! Он тренер нашего «Динамо». Надо помочь!» Но такая форма финансирования не покрывала всех расходов клуба. Футбол в наших условиях убыточен. И без существенной помощи государства выжить не сумеет.

— Неужели если у клуба нет спонсора в лице крупного предприятия, он обречен?

— Многое зависит от того, кто возглавляет область/город или руководит предприятием, куда входит клуб. Самый яркий пример – Нуриддин Зайниев, бывший хоким Кашкадарьинской области (с 2002 по 2011 годы — прим. ред.). Настоящий футбольный фанат. При нем футбол развивался, о чем свидетельствует и то, что в 2012 году «Насаф» взял кубок АФК. Первый и пока единственный случай победы узбекского клуба на международном уровне.

Это прямая связь — если руководитель предприятия или органа административного управления болеет за футбол и уделяет ему внимание, тогда появляются высокие результаты. Сегодня такая же история в Джизаке: хоким области Эргаш Салиев не только любит, но и сам играет в футбол. И конечно, поддерживает его. Как результат: построена академия, отвечающая всем современным требованиям, в этом году местная женская команда и команда по футзалу стали чемпионами Узбекистана.

— Недавно президент как раз критиковал состояние спорта и указал, что вкладывается в него много, а результаты не соответствуют. И что надо больше внимания уделять популяризации среди населения, поощрению тренеров и т. д. Можете что-то добавить, как специалист?

— Мы – молодая нация. И конечно, надо популяризировать спорт и прививать любовь к здоровому образу жизни. Но вот что получается. Я тренирую команду второй лиги и играю за команду ветеранов «Бунедкора». И вижу, как у нас в Ташкенте планомерно уничтожаются стадионы. Стадион убрали — построили элитное жилье. Футбольных полей не хватает, а те, что есть — забиты с утра до ночи. Хорошо, что в махаллях стали строить площадки для мини-футбола. Но и их не так много, как хотелось бы. А ведь это вопрос здоровья нации. И чтобы спорт стал массовым, должны быть места, где им можно заниматься. Необходимо строить новые современные спортивные комплексы и использовать резервы: школьные стадионы и спортзалы, ведомственные спортивные объекты — все они должны стать доступными для молодежи.

— Замечу, что и сам интерес к футболу — упал. Т.е. это вопрос и популяризации непосредственно.

— Чтобы зрители заполняли трибуны стадионов, мы должны создать им комфортные условия. Пойду ли я на наш стадион? Есть ли там нормальная еда, развлекательная программа для детей, чистый туалет? Все это очень важно. Футбол в развитых странах — часть культурной жизни, элемент семейного досуга. Если мальчишку с раннего детства отец водит на футбол, то через 20 лет уже он сам возьмет своего сына, и они пойдут болеть за любимую команду.

Когда-то и у нас были эти традиции. Чтобы их возродить, надо многое поменять. Ведь футбол — это ещё и бизнес. На сегодняшний день в мире профессия футболиста престижна и высокооплачиваема. И у нас родители, отправляя мальчишку в секцию, понимают, что он может состояться в жизни именно благодаря любви к спорту. Выбиться в люди. Тем более что в развивающихся странах спорт — одна из ключевых и немногих возможностей радикально поменять свое социальное положение. Этот социальный лифт должен работать.

И тут мы возвращаемся к тому, с чего начали: крупная победа сборной или спортсмена дает толчок развитию спорта. Успех стимулирует популярность, а он сам становится возможен, лишь когда есть условия для занятия любимым видом спорта. Предельно четкая связь.

— Ярких побед сегодня немного. Когда-то выиграли Азиатские игры, а теперь не способны попасть во второй этап отборочного тура на ЧМ. Вся надежда на молодежь…

— Почему мы выиграли Азиатские игры в 94-м году? Это было сделано на багаже советского футбола. Игроки нашей сборной прошли хорошую школу в матчах чемпионатов СССР. И в 1997 году у нас тоже был очень хороший шанс выйти на ЧМ. Не получилось. Обидный проигрыш сборной Эмиратов в Ташкенте стоил нам путевки на ЧМ, хотя я уверен, что тогда мы могли достойно выступить на Мундиале. Моему поколению не повезло в том, что в сборную Узбекистана мы пришли уже под закат карьеры. Проблемой следующих поколений стало то, что уровень футбола после развала Союза упал во всех странах. Представьте: в 1991 году «Пахтакор» играет с московским «Спартаком», а в 92-м — с «Гулистаном» и «Хорезмом»!

В последние годы ситуация изменилась. Были у нас успехи на юношеском и молодёжном уровне. Но последний отборочный турнир к ЧМ-2022 в Катаре — это просто позор. Мы впервые в своей истории не вышли в основной раунд отборочного турнира. Несмотря на громкие обещания, Вадим Абрамов не смог ни создать боеспособную команду, ни достичь результатов. Мы проиграли обе игры Саудовской Аравии: и дома, и в гостях. Ни один из наших тренеров не имел столько возможностей у руля национальной и олимпийской сборной, как Абрамов, но именно при нем случился беспрецедентный провал.

— Что из этого следует? Нам стоит отказаться от привлечения местных специалистов и сделать упор на иностранных тренеров?

— Нет, конечно! В целом у нас высокий уровень тренерских кадров. Есть очень достойные личности, которые готовы к работе с национальной сборной. К примеру, Рузикул Бердиев. Но, почему-то, часто шанс давался тем, кто был ближе к руководству Ассоциации футбола. Наша извечная болезнь, так называемый «таниш-билиш», до сих пор живёт в узбекском футболе. Но главное, что заменой одного тренера мы наших проблем не решим, и без реформ футбол мы не поднимем!

— Считаете, что проблемы имеют системный характер?

— Однозначно. И самое важное для нас сейчас — самим понять и признать, где мы находимся. Честно и правдиво посмотреть на себя со стороны. Ещё в 18-м году, когда мы не попали на Чемпионат мира в России, когда наша юношеская и молодежная сборные не попали в финал Чемпионата Азии, я подумал, что вот оно — дно. Но оказалось, что снизу постучали. Допустим, раньше мы входили в топ-5 сборных Азии, потом в топ-10. Сейчас мы за пределами десятки лучших команд Азии. Это – провал. И нам предстоит большая работа по наведению порядка во всем футбольном хозяйстве. Это даст свои плоды не сегодня и не завтра. Но если будем оттягивать, станет еще хуже.

— Что делать?

— Обозначить цель, выработать стратегию и поэтапно двигаться вперед. Главное именно то, как всё это воплощать в жизнь. И второе — кто этим будет заниматься. Кадровый вопрос — один из самых болезненных не только у нас, а во всем мировом футболе. Если с тренерским образованием у нас есть положительные моменты, то в остальных областях — большие проблемы. Например, нет программ по подготовке футбольных менеджеров, не готовят у нас и спортивных юристов и агентов. Еще недавно, при Умиде Ахмаджанове, в Ассоциацию набирали работников по объявлению. Футбол дилетантов не терпит. Нам нужны профессионалы, знающие все тонкости спортивного мира!

Еще один момент: не всякий хороший футболист может стать тренером или руководителем. Совсем недавно мы могли наблюдать такие неудачные примеры, когда человек не соответствовал своей должности. Чтобы понимать, как устроена индустрия футбола, нужны определенный склад ума и характер, знания и опыт. Такой человек должен мыслить глобально, уметь общаться с людьми и руководить ими.

Но у нас есть и положительные примеры. Назначение Равшана Ирматова на пост первого вице-президента Ассоциации вернуло ей доверие и авторитет в азиатском футболе. Или недавнее назначение Адыла Ахмедова. Болельщики любят и уважают его не только за то, что он был лидером сборной, но и за его человеческие качества. Еще активно играя, он создал академию футбола в родном Намангане. И я уверен, что его воспитанники дойдут до национальной сборной.

— А если говорить о самой системе, механизмах ее работы?

— Футбол — это игра миллионов. И чтобы возродить его у нас, надо не бояться говорить о назревших проблемах, проводить конференции и круглые столы, приглашать к обсуждению специалистов из разных областей спорта. Нужен всеобъемлющий анализ. Важно обозначить болевые точки, а затем менять законы футбольной жизни, приводить наши уставы к мировым стандартам, вносить демократические поправки. Вот маленький пример: до сих пор директор ПФЛ, который отвечает за проведение всех внутренних соревнований в стране, назначается Футбольной ассоциацией Узбекистана. Право выбора у нас отсутствует. Одно время был разговор о том, что должны состояться выборы, будут представлены кандидаты со своими предвыборными программами, но этого так и не было сделано.   

Я много раз говорил, что при самой Ассоциации должен быть создан тренерский совет — состоящий не из ее сотрудников, а из независимых экспертов, опытных, знающих людей. Тех, у кого есть авторитет, и кто не побоится высказывать свое мнение. Тех, кто будет контролировать работу тренеров. Потому что, если тренер не подотчетен, он будет делать так, как ему удобно и выгодно.

— А что касается детского футбола, иначе говоря, нашего будущего?

— Работая тренером юношеской сборной, я объездил всю республику. И вот что могу сказать. Есть сильные академии в Ташкенте и Карши. Там налажен тренировочный процесс и есть все условия для плодотворной работы. Традиционно богата талантами Ферганская долина. Но в областях условия существенно хуже, а возможностей — меньше. Кроме того, в целом по стране мало соревнований, а ребятам они необходимы. Но это все меркнет на фоне главного: нам надо менять систему воспитания. Сегодня она нацелена на сиюминутный результат, а не на воспитание чемпиона. И даже доход тренера очень сильно зависит от того, какие результаты показывает его команда в очень краткосрочной перспективе. Совсем другая философия в европейском футболе. В лучших академиях Европы воспитывают футболиста и человека. Задача тренера — подготовить парня к основному составу, важен конечный результат, а не успехи здесь и сейчас.

— Прогноз? «Операция прошла удачно, но пациент умер»?

— Узбекский футбол не умер. Да, есть много проблем. Но надо быть объективными и отмечать позитивные сдвиги, которые происходят. В стране построены новые современные стадионы. Наладились международные связи, мы стали больше ездить на турниры в другие страны. А победа молодежной сборной Равшана Хайдарова, становление олимпийской сборной Тимура Кападзе доказывают, что у нас есть таланты! Просто им надо дать возможность вырасти в больших футболистов. А для этого многое предстоит сделать. И я надеюсь, что когда-нибудь мы преодолеем все эти трудности и яркая, интересная игра вернётся на наши стадионы. Мы сможем очистить наш футбол от кумовства, пресловутого «таниш билиш», «договорняков» и подставных игр. И к нам, наконец, вернется такой футбол, который будет поднимать статус страны, создавать настроение миллионам болельщиков и дарить яркие примеры для подражания!