На разработку мобильного приложения для книги «Стратегия Нового Узбекистана» запросили 2,6 млрд сумов 

Министр: Для реализации есть государственные организации и хокимияты. Я вижу, что проект был сделан неправильно. Мобильное приложение – это 269 млн сумов, скажем, около 300 млн сумов. Президент ведь уже написал всю книгу, она не требует дополнения, вы туда ни слова не добавите. 

Киёмиддин Назаров: Основные средства идут не на само мобильное приложение, потому что я сам в этом не разбирался, попросил написать, сколько на него потребуется. Хотят сделать учебное пособие, сборник и словарь. 

Министр: Зачем нужен словарь? 

Киёмиддин Назаров: У нас нет словаря «Нового Узбекистана», он нам нужен. Все говорят по-разному. 

Министр: Что вы имеете в виду, когда говорите словарь «Нового Узбекистана»? 

Киёмиддин Назаров: Центр хочет создать словарь под названием «Стратегия развития Нового Узбекистана», в который будут включены такие понятия, как что такое развитие и что такое новый Узбекистан. Было бы неплохо иметь карманный словарь под названием «Стратегия развития». Они не требуют много денег. 

Министр: Я не понимаю, что такое словарь «Нового Узбекистана». Стратегия была написана, новые термины не появились сами собой, слово «развитие» не изменилось. 

Киёмиддин Назаров: Когда вышла книга первого президента «Высокая духовность – непобедимая сила», это был огромный словарь в 800 слов. С центром «Маънавият» было добавлено 290 новых слов. Уже тогда был создан словарь «Духовность». 

Министр: В каждой книге есть глоссарий, но это не словарь. 

Киёмиддин Назаров: Я сказал центру, что максимальная сумма, выделяемая Министерством инноваций, составляет 1 миллиард 200 миллионов сумов. Не было бы вопроса, если бы они не попросили столько. 

Министр: Финансирование годичных научных проектов в мире не превышает 100 тысяч долларов. Если вы получаете проекты, не связанные с НАСА, годовое финансирование не превышает 100 000 долларов. К словарному запасу надо относиться строго, для чтения стратегии развития можно пользоваться глоссарием сложных для понимания терминов, но не словарем. 

Теперь над нами все будут смеяться и говорить, все говорят о «новом Узбекистане» и что в нем «нового». Нам нужно объяснить это должным образом. Если мы скажем, что будем делать словарь, то представьте. Мы должны знать свою ошибку, мы открываем новое направление, не осознавая этого. Потому и высказал свое мнение, хочу правильно все оценивать в науке. Если мобильное приложение стоит 800 млн сумов, какая польза от 18 человек, работающих над ним? Я так и не понял суть изыскания. 

После этого председатель научно-технического совета «Развития информатизации и информационно-коммуникационных технологий» Намоз Мирзаев прокомментировал ситуацию с расходами. 

«Вы говорите, что изготовим 1 000 экземпляров методических пособий и брошюр. Это бесполезно, мы не охватим все население. Вместо этого давайте выпустим их электронную версию и разместим в интернете. Деньги на это не тратятся. Я не слышал о командировках. Я думаю, что вам не нужно ехать за границу, чтобы узнать о зарубежном опыте. Если чего-то нет в открытых источниках, то, когда вы туда поедете, все равно не получите эту информацию», – сказал Намоз Мирзаев. 

Ибрахим Абдурахманов, помня о вероятности того, что словарь «Нового Узбекистана» вызовет негативную реакцию в народе, сказал: 

«Это не первый раз, когда мы делаем мобильное приложение. Видя меня в сети некоторые могут делать разные заключения. Я не против “нового узбекского словаря”. Но мы можем вызвать у наших людей противоположную реакцию». 

Согласно заявлению Министерства инновационного развития, коллегия отказалась выделять финансирование на проект.