Оправданны ли удары Ирана по гражданским объектам соседей?

В неравной войне Иран пытается «взять в заложники» мировую экономику, чтобы выжить. Эта стратегия уже начала приносить плоды: США смягчили санкции на иранскую нефть, а давление на Вашингтон нарастает со всех сторон. В программе Kun.uz «Геополитика» жаркую дискуссию вызвало обсуждение атак Тегерана на экономические объекты стран Персидского залива.

— Есть ли у Ирана иной выход, кроме нанесения ударов по соседним государствам?

Ойбек Сирожов: Иран не видит иного пути, кроме нанесения ударов по энергетическим объектам вокруг себя. Причина в том, что Соединённые Штаты находятся на большом расстоянии, у Ирана нет ракет, способных туда долететь, поэтому прямой удар невозможен. Даже дальнобойные ракеты, запущенные по военной базе Диего-Гарсия в Индийском океане, не достигли цели.

Аналогичная ситуация наблюдается и с Израилем: благодаря мощной противовоздушной обороне, большинство иранских ракет и дронов перехватываются.

Поэтому основная стратегия Ирана заключается в усилении глобального давления на Израиль и США путём нанесения ударов по энергетическим объектам вокруг себя. Эта тактика в определённой степени даёт результаты. Например, после этих ударов Дональд Трамп выступил с заявлением, подчеркнув, что если такие атаки продолжатся, последуют жёсткие ответные меры.

Это даёт определённый сигнал: если будет нанесён удар по энергетической инфраструктуре Ирана, то под угрозой окажутся все энергетические объекты в Персидском заливе, что повлияет на мировую экономику. Отголоски такой ситуации начнут ощущаться даже в Европе. Значит, у Ирана практически нет иных реальных вариантов.

Когда Россия вторглась в Украину, США и Европа немедленно объявили о помощи, и эта помощь продолжается до сих пор. Слабость Ирана в том, что у него нет сильного союзника, который открыто его поддерживал бы. То есть за его спиной нет мощного блока, как у Украины. Сегодня трудно ожидать столь же открытой и масштабной поддержки ни от Китая, ни от России. Поэтому Иран пока вынужден действовать в одиночку и, исходя из сложившихся условий, он выбирает именно такую стратегию.

Шавкат Икромов: Нанесение Ираном ударов по нефтяным и газовым месторождениям в Заливе — это сравнительно эффективный и вынужденный подход. Мы видим, что США в своей санкционной политике и на глобальном энергетическом рынке идут на определённые уступки. С начала войны США несколько раз были вынуждены смягчать свою жёсткую санкционную политику. Во-первых, временно были ослаблены некоторые ограничения в отношении российской нефти. В частности, на определённый период не применялись ограничения к танкерам, уже вышедшим из портов и перевозящим российскую нефть по морю. Это решение было принято в основном для смягчения возможного энергетического кризиса в Индии и других регионах Азии.

Такое решение подверглось критике со стороны европейских государств, но для США оно стало в определённой степени вынужденной мерой. Потому что давление Ирана на Ормузский пролив и энергетическую инфраструктуру в регионе Залива напрямую влияет на глобальную нефтегазовую систему.

Во-вторых, США были вынуждены временно смягчить требования Закона Джонса, принятого в 1920 году. Согласно этому закону, перевозка нефти и газа внутри страны должна осуществляться только транспортными средствами, зарегистрированными в США, принадлежащими гражданам США и плавающими под флагом США. В нынешней ситуации эти ограничения были временно сняты для смягчения внутренних энергетических проблем.

Это положение вызвало вопросы и во внутренней политике США. Некоторые сенаторы задались вопросом: «В каком же положении мы находимся на войне, что вынуждены пересматривать даже наши внутренние законы?»

Однако, пока на эти вопросы не было дано чётких ответов, Дональд Трамп был вынужден принять ещё одно решение. В частности, на определённый период были временно сняты санкции в отношении иранской нефти, вывезенной в море и находящейся в танкерах. Это позволяет Ирану за короткое время свободно продать большой объём нефти по высоким ценам.

Конечно, это решение не означает полного снятия всех санкций с иранской нефти. Речь идёт лишь о нефти, которая уже была вывезена в море и находилась в танкерах. С этой точки зрения, данную ситуацию можно расценить как фактор, частично сыгравший в пользу Ирана. Потому что он смог повлиять на глобальный рынок, оказывая давление на энергетическую инфраструктуру.

С другой стороны, военные возможности Ирана ограничены. Он ведёт асимметричную войну, и соотношение сил не в его пользу. Иран прекрасно понимает, что не сможет одержать верх в прямом столкновении с США. К тому же, у него под боком такой сильный противник, как Израиль.

Теоретически Иран мог бы использовать прокси-силы. Но на практике мы видим что произошло с «Хезболлой» и ХАМАС, так что это тоже не столь эффективно, как ожидалось. Поэтому Иран пытается использовать все доступные в сложившихся условиях средства. Его основное внимание сосредоточено на регионе Персидского залива, и через него он пытается оказывать давление на глобальную энергетическую систему. В то же время арабские государства Залива, осознавая сложность ситуации, вынуждены проявлять взвешенный и осторожный подход к этим действиям.

Камолиддин Раббимов: в стратегии Ирана есть две основные точки: во-первых, обеспечение незыблемости политической системы, во-вторых, максимальное воздействие на мировую экономику. Практически, Иран пытается взять её в заложники. И уже начинает добиваться своей цели. На сегодняшний день бочка сырой нефти стоит больше 100 долларов.

Война не будет окончена в ближайшее время, стоимость барреля нефти достигнет 200 долларов, и это окажет сильное воздействие в том числе и на Узбекистан. Существует возможность вхождения в рецессию мировой экономики.

Да, Иран делает всё, чтобы выжить и стремится именно к деструктивным действиям.

Шухрат Расул: получается, что у Ирана народ, государство, нация и он борется за выживание. А что же те 12 государств, в отношении которых он осуществляет агрессию? Там нет народа и государства? Их можно бомбить, лишь бы Ирану было хорошо?

Всё это очень сильно ударит по нашему карману, в частности по Узбекистану. Иран должен прекратить бомбардировки экономической инфраструктуры своих соседей. На карте стоит судьба планеты. 350 миллионов человек могут погибнуть от голода.

Почему у Ирана сегодня нет ни одного союзника? Потому что он такой «белый и пушистый»? Так что нам, судьбу планеты отдать на откуп Ирану?

Ойбек Сирожов: Вероятно, все ваши вопросы следует адресовать тем, кто развязал агрессию против Ирана. Отвечать должны именно они.

Полную версию беседы, а также мнение аналитика Шухрата Расула, вызвавшее дискуссию в студии, вы можете посмотреть на видео выше.