Проверки и неопределённость увеличивают налоговую нагрузку — эксперты
|15:28 / 09.07.20261 17313 мин
В августе состоится традиционная открытая встреча президента с предпринимателями. Kun.uz продолжает обсуждать с экспертами актуальные проблемы, волнующие бизнес. Собеседники — налоговые консультанты Мурод Мухаммаджонов и Давронбек Бобожонов. По их словам, накопился ряд проблемных вопросов, связанных с налоговыми проверками, маркировкой и электронными счетами-фактурами.
Эксперты отметили, что суть налоговой нагрузки заключается не только в ставках, но и в сложном администрировании, необоснованных проверках и неопределённости в системе.
Суть налоговой нагрузки: факторы помимо ставок
Мурод Мухаммаджонов: Если рассматривать только ставки, то в Узбекистане они одни из самых низких в мире. Но налоговая нагрузка формируется не только ставками. Само налоговое администрирование является механизмом, утяжеляющим налоговую нагрузку. Под налоговым администрированием я понимаю нынешние проверки, время, которое налогоплательщик тратит на доказательство своей правоты после проверок, частые обсуждения не с бизнесом, а с налоговыми органами — всё это формирует у людей явное ощущение налогового бремени. Фокус смещается не на развитие бизнеса, а на защиту от налоговиков.
У предпринимателя возникает ощущение, что даже заплатив налоги, он не может чувствовать себя спокойно. Это автоматически ведёт к усилению теневой экономики — предприниматель старается занижать показатели, боясь, что администрирование само по себе создаст проблемы.
Сейчас всё переходит в электронный формат. Например, автокамеральная проверка рассчитывается на основе аналитической системы, и пишут: «без участия человеческого фактора». Но всё равно приходят уведомления, подготовленные на основе данных с участием человеческого фактора, и из-за неправильно применённых формул предприниматель получает стресс.
«Цепочка проверок беспокоит предпринимателя»
Давронбек Бобожонов: Недавно указом №100 была отменена обязанность отвечать на уведомления по автокамеральной проверке. Но их всё равно проводят. То есть после автокамеральной проверки дело переходит в камеральную.
Даже если предприятие представляет обосновывающие документы, во многих случаях приходит один краткий ответ: «Мы посчитали, что обосновывающих документов по результатам камеральной проверки недостаточно». Но почему недостаточно, каких именно документов не хватает — никакой информации нет. Считают недостаточными — и передают дело на аудит. Затем на аудите снова проходят месяцы, предприятие отвлекается от основной работы и вынуждено заниматься проверкой. Посмотрите, цепочка проверок становится непрерывным фактором, беспокоящим предпринимателя.
По теме
Есть яркий пример. На неработающий завод пришли налоговики с аудитом и объявили, что тратится большое количество электроэнергии, а продукция не продаётся. В ходе проверки выяснилось, что завод находится на стадии строительства, и было зафиксировано, что нарушений нет. Но спустя некоторое время за этот же период проводится камеральная проверка и предприятию направляется требование: «На такое-то количество электроэнергии должно быть произведено такое-то количество продукции. Если бы вы её продали, получилось бы столько-то сумов, и с этого вам нужно заплатить НДС и налог на прибыль».
Наше предложение: перед проведением камеральной налоговой проверки необходимо провести анализ. Если налоговые органы через свои программы будут видеть, была ли у предприятия ранее аналогичная проверка и каков был результат, а затем принимать решение, предприятие могло бы заниматься своей непосредственной работой.
Вместо «tax gap» появились «красные» и «зелёные» счета-фактуры
Мурод Мухаммаджонов: Аналитическая программа показывает риски. Но за ней сидит наделённый сознанием человек. Вопрос принятия предоставленных обоснований снова зависит от человеческого фактора. Захочет — примет, захочет — нет. Это, с одной стороны, создаёт тяжесть для предпринимателя, с другой — ведёт к коррупции. Значит, либо с программным продуктом сознательно не работают, либо вообще не знают, как с ним работать. Если сознательно не делают, то возникает вопрос: какова цель — просто изнурять предпринимателя, пополнять бюджет за его счёт или за этим стоит что-то другое?
Вместо так называемого «tax gap» появились «красные» и «зелёные» счета-фактуры — изменилось только содержание. Цепочка НДС искусственно обрывается. Между тем, если при выставлении счёта-фактуры он становится «красным», то возможность его отправки должна быть заблокирована. Правила игры должны быть известны всем. Какова цель? Не хотят указывать предпринимателю, в чём именно его вина. Возможно, не хватает квалификации кадров, чтобы изучить представленные документы. Предоставляемые документы содержат конкретные факты, опровергающие подозрения налогового органа. Очень легко заявить, что предоставленная информация «недостаточна» без каких-либо дополнительных оснований. Для этого не нужно высшее образование или даже аттестат о среднем образовании; это может написать и третьеклассник. Это свидетельствует либо о некомпетентности, либо о скрытой цели.
Налоговые органы требуют от налогоплательщиков соблюдения Налогового кодекса, но часто сами ему не следуют. Прискорбно, что сотрудники, которые должны защищать и применять налоговое законодательство, сами открыто его игнорируют. Если вы жалуетесь их руководителям, они просто говорят: «У нас нет времени». Если у вас нет времени, почему вы требуете от предпринимателя?
Основание для проверки начинается с аналитической программы, что приводит к требованию. Если ответ на требование при камеральной проверке признан недостаточным, то переходят к аудиту. Вся эта цепочка находится под влиянием человеческого фактора. Проблема может разрастись от автокамеральной проверки до налогового аудита только потому, что кто-то «не понял», «не увидел», «не знал» или «не захотел» принимать представленную информацию.
До сих пор существует укоренившееся 15 лет назад представление, что «инспектор должен что-то найти во время аудита». Если инспектор возвращается без документально зафиксированных нарушений, то либо предполагают, что он взял взятку, либо обвиняют в некомпетентности из-за того, что не смог найти существующие риски. Этот подход «нужно что-то найти» фактически является их KPI. Иногда инспекторы просто указывают нарушение в акте и говорят бизнесу: «Разбирайтесь в суде».
Негативное влияние проверок на рейтинг устойчивости
Давронбек Бобожонов: Согласно одному из критериев рейтинга устойчивости, если не отвечать на камеральные или автокамеральные уведомления, применяется минус пять баллов. Из-за этого предприятия теряют 15 баллов, не могут получить нужный рейтинг и, соответственно, не могут воспользоваться необходимыми преференциями (возврат НДС в течение одного дня, освобождение от проверок).
Мурод Мухаммаджонов: Основания для проверок — от первоначальной автокамеральной до полного налогового аудита — могут искусственно создаваться человеком. Именно на это нужно обратить особое внимание. Если закон применяется одинаково как к предпринимателям, так и к должностным лицам, его исполняющим, то система рейтинга будет работать корректно.
Более низкий рейтинг может привести к серьёзным последствиям. Бизнес не может получить возврат НДС или использовать излишне уплаченный НДС для покрытия таможенных платежей при импорте. Чтобы избежать этих ограничений, предприниматель может быть вынужден решать проблему с автокамеральной проверкой, что может включать незаконные платежи. Например, им может потребоваться перевести 100-200 миллионов сумов, но если они не могут этого сделать, это вынуждает их искать другие способы «решить» проблему.
Когда вмешивается человеческий фактор и отсутствует подотчётность, это автоматически ведёт к коррупции. Для налогоплательщиков, не ответивших на требования, предусмотрены последствия — блокировка банковских счетов или аудит, но для налоговых сотрудников, не выполнивших свои законные обязанности, никаких санкций нет. Такая односторонняя подотчётность становится серьёзной налоговой нагрузкой для предпринимательства, заставляя их жить в постоянном страхе перед налоговыми органами, даже когда все налоги уплачены.
Система «красных» и «зелёных» счетов-фактур: проблемы, возникающие из-за вероятности сомнений
Давронбек Бобожонов: Эта система, введённая с 1 января 2026 года, оценивает электронные счета-фактуры в режиме реального времени. Она проверяет, уплачен ли НДС в бюджет по счёту-фактуре, и другие параметры. Если у отправителя есть задолженность перед бюджетом, счёт-фактура автоматически становится «красным». Проблема в том, что даже компании, у которых нет задолженности, у которых есть даже переплата по НДС и которые не работают с фирмами-однодневками, тоже получают «красные» счета-фактуры. Когда они звонят своему закреплённому налоговому инспектору, инспектор часто говорит, что не знает причины, и просто отвечает: «Это делает система».
Теоретически, после того как налоговая задолженность будет погашена отправителем или получателем, счёт-фактура должна стать «зелёной», и НДС должен быть учтён в том же месяце. На практике этого не происходит. Например, компания получает «красный» счёт-фактуру в феврале и марте, и НДС не учитывается. Если задолженность погашается в мае и счета-фактуры становятся зелёными, система автоматически не учитывает НДС за этот месяц. Предпринимателю приходится пересдавать отчётность, и даже тогда это часто не работает. Это приводит к тому, что предприниматель вынужден обращаться к налоговому инспектору, который объясняет это системной ошибкой. Каждая пересданная отчётность приводит к вычитанию одного балла из рейтинга устойчивости компании.
Мурод Мухаммаджонов: Система «красных-зелёных» счетов-фактур — это по сути переименованная система «налогового разрыва», отменённая президентом в 2022 году. Президент отменил её потому, что она постоянно создавала подозрения у предпринимателей и препятствовала их деятельности. Через три года эта концепция вернулась под другим термином и привела к тем же проблемам, связанным с подозрениями и вероятностью коррупции.
Представьте: у меня на счету по НДС переплата в один миллиард сумов. Я выставляю вам счёт-фактуру, и он становится «красным». Я звоню инспектору и спрашиваю причину, он отвечает: «Не знаю, просто внесите ещё немного платежа, и он станет зелёным». Но у меня уже есть переплата в миллиард сумов. Если налоговый сотрудник не знает, то кто должен знать? Эта система была создана на основе определённых рисков, выявленных налоговой службой, но почему же её собственные сотрудники не знают, как она работает?
Это похоже на то, как если бы сотрудник СБДД остановил вас и сказал заплатить штраф за нарушение. Вы спрашиваете, в чём нарушение, а он отвечает: «Не знаю, но вы точно нарушили, потому что так показала программа». Это та же ситуация.
