Аграрная реформа в Узбекистане – может ли на селе появиться миллион предпринимателей?
|15:33 / 04.03.202013 63018 мин
Создание в густонаселённых сельских районах страны условий для формирования класса самостоятельных землепользователей даст возможность раскрыться тысячам молодых людей, которые носят в себе предпринимательскую жилку.
Фото: KUN.UZФото: KUN.UZ
Свершилось! После окончания 100-летнего эксперимента, устроенного на одной шестой части суши планеты над всеми видами материальных и нематериальных объектов, в том числе и над землёй, похоже и в нашей стране уйдёт в прошлое одно из наследств «экспериментального» прошлого. Правительство Узбекистана приняло решение отказаться от одного из нерыночных элементов, до сей поры соседствовавшего с нашими, казалось бы, рыночными реалиями – государственного плана в сфере землепользования. Политическая воля президента прозвучала ясно – мы откажемся от этого пережитка прошлого.
Отказ от госзаказа – серьёзный шаг вперёд, но это лишь половина дела. В чём же тогда другая половина? Что, помимо отмены госзаказа, нужно, чтобы реформа дала искомый результат? И вообще, чего мы хотим от земельной реформы?
«Что такое «реформа?»
Понятие «реформа», если вдуматься – не простое. Всё зависит от того, что является главной целью реформ, во что, так сказать, всматривается реформаторский глаз. Если в качестве результата на горизонте виднеются лишь контуры будущей мега индустрии и огни будущих мегаполисов, то можно не увидеть более «мелкое» для глаза – людей. Людей, которые на деле и должны будут своими руками «выткать» иное по качеству будущее. Без этого реформы – словно возведение здания... силой праздного воображения.
Так можно пропустить момент, в котором заключается, пожалуй, самое главное, что нужно для успешности реформ – воодушевить людей на свершения.
Реанимировать веру в справедливость
Если мы хотим превратить узбекское село в нечто успешное, то нам нужно, прежде всего, восстановить, буквально реанимировать в сердцах людей веру в справедливость. Ибо именно она – эта вера – сформирует в людях надежду на лучшее будущее, создаст среду доверия и созидания, сотрудничества. Представьте, что живёте с ощущением, что с Вами несправедливо поступили – много ли в этом случаи в Вас будет энтузиазма? Вот так ощущает себя сегодня узбекское село, у которого отобрали главное средство материального и, пожалуй, в какой-то мере, даже морального достатка – землю.
«Мина замедленного действия»
Узбекские сёла – мир со своим особенным микроклиматом, своими устоями, мир, отличный от города. Есть несколько серьёзных обстоятельств, которые, если не принять их во внимание при осуществлении земельной реформы, превратят положение дел на селе в мину замедленного действия… Что это за обстоятельства?
По теме
Вот уже 100 лет как земля у нас – общая. И теперь, когда госзаказ будет отменён, и нынешние фермеры перейдут из разряда подневольных в разряд свободных фермеров, значительная часть земли де факто окажется в свободном пользовании у очень незначительной части сельчан. И это люди, признаемся, большей частью – случайные.
«Фермеры»
Владение землей фермерами в глазах большинства населения было всегда нелегитимно… «Почему именно они получили землю? Почему подавляющая часть сельского населения осталась без земли?» – этими вопросами с самого начала «фермерского движения» задавались люди на селе.
Пока был госзаказ, особых моральных проблем не было, мол, «фермеры сдают продукцию государству, и Бог сними!». Но после реформы ситуация поменяется – в сердцах людей появится восклицательное «несправедливо!». Перманентное недовольство, ощущение социального неравенства.
«Бай-батрак»
С нашей спецификой, когда у трудящегося практически нет никаких средств и навыков защитить свои права перед работодателем, да ещё на селе, да ещё со специфичным отношением у нас богатых к бедным, реформа, которая наделит неких «избранных» сотней гектаров земли, особенно в густонаселённых районах, приведёт к откату во времена баев и батраков – возникнет негативная, морально и психологически тяжёлая среда.
Положение, когда у одного человека 100 гектаров, а у других сотен семей вокруг – ничего, и это при том, что не будет госзаказа, повлечёт расслоение семей на богатых и бедных, что для густонаселённых сёл фактор очень чувствительный. Дело в том, что в таких регионах очень много семей, которые хотят иметь в пользовании землю, связать свою жизнь с ней. Это отличает нас от многих других стран, где особого желания работать на земле у людей нет.
В общем, быть батраками некоторых своих односельчан, вдруг оказавшихся обладателями доброй сотни гектаров в свободном пользовании, но которые в земле-то разбираются похуже, чем они сами, люди не хотят.
«Правда жизни»
А ещё, надо признать – нынешние фермеры в основе своём люди, не заслуживающие у сельчан уважения. Почему? Потому что выдержать ту морально тяжёлую среду, в которой пребывали на протяжении долгих лет фермеры (постоянно выслушивать нецензурную брань со стороны чиновников, например) согласились не все. Соответственно, получилось так, что остались фермерствовать в основном те, для кого не важно чувство собственного достоинства и те, кто дружен с хокимом района и другими «большими людьми». А дружба такая, естественно, складывалась всевозможными коррупционными методами или наличием родства. В основном дело обстояло именно так, и происходило всё это на глазах у людей. Это – правда жизни.
«Что делать?»
Нужно, чтобы на селе, в особенности в густонаселённых регионах страны, больше людей имело доступ – возможность стать пользователем, ну, скажем, 3-5 гектаров земли. На конкурсной основе или путём аукциона, но преимущество должно быть у людей, которые живут вблизи тех посевных площадей, которые будут выставлены на торги или на конкурс.
«Отобрать и поделить?»
Да, есть коллизия защиты уже заключенных договоров с фермерами. Нельзя создавать цивилизованную экономику наплевав на эти договора. Но: а) значительная часть фермеров сами получили земли, отнятые у других фермеров (то есть на основе нарушений этих договоров), б) они сами осознают несправедливость ситуации, в) сейчас есть уникальная возможность решить вопрос в правовом русле: в договорах записано, что фермер не имеет право свободно распоряжаться землями, выделенными под хлопок и пшеницу. По сути это не его земли. И раз государство отменяет госзаказ, есть возможность пересмотреть договора и земли под госзаказ перераспределить в пользу остальных сельских жителей. При этом закрепить за действующими фермерами часть земли (скажем, 30 процентов), но уже теперь они будут свободными фермерами – сами будут решать, что выращивать.
Очень важно эту возможность не упустить – потом будет гораздо сложнее.
В чём главный плюс?
Прежде всего, это будет справедливо. Этого слова нет в экономическом словаре, но это чрезвычайно важно, если мы хотим формирования здорового психологического климата на селе. Без чего нельзя представить развитие.
Нужно, чтобы как можно больше людей работало на земле на правах хозяев, а не рабочих. Слово «хозяин», право, отличается от слова «рабочий». Мы по возможности должны формировать класс хозяев, а не класс наёмных рабочих. Класс не кланяющихся перед баем людей, и подобным образом воспитывающих своих детей, а класс прямо и гордо стоящих предпринимателей. У нас такая сейчас есть возможность.
Преимущества мелкого землевладения в условиях Узбекистана
Создание в густонаселённых сельских районах страны условий для формирования класса самостоятельных землепользователей даст возможность раскрыться тысячам молодых людей, которые носят в себе предпринимательскую жилку, но не могут реализоваться.
Не могут реализоваться потому, что нет у них средств для занятия предпринимательством. А земля в современных условиях – это, образно говоря, не просто площадь, где можно выращивать картошку, а средство для воплощения в реальность всевозможных бизнес-идей – задумок. Лишь бы не мешали.
Человеческая реализация
Создание возможностей для человеческой реализации – реализации человеческого капитала – дело во всех отношениях более значимое, благородное и продуктивное, нежели, например, вопрос наиэффективнейшего использования земли. Не до́лжно ставить во главу угла что-то иное, кроме раскрытия человеческих талантов. Если даже нам предстоит преодолеть трудности, связанные с дроблением площадей, тратиться на создание ресурсных центров в помощь мелким землевладельцам, в таких регионах, как Ферганская долина, нам нужно идти по пути, учитывающему фактор под названием «человек”.
Главный резерв нации – не природные ресурсы, а предприимчивые, талантливые люди. Коих в любом народе есть в достатке, а наш народ – не исключение. Не воспользоваться моментом, когда посредством правильно спланированной аграрной реформы мы сейчас можем дать возможность реализоваться многим тысячам молодых людей – будет исторической ошибкой. Ибо вместо того, чтобы начать формировать в сёлах средний класс, мы превратим эти регионы в среду с тяжёлым моральным климатом, в очаги социального напряжения.
Коронавирус и земельная реформа
Что общего между коронавирусом и земельной реформой Узбекистана? Да вот, представьте, можно найти связь.
Современный мир – мир стремительно меняющийся. И дело в том, что на вызовы современного мира сейчас не просто трудно отвечать, но даже прогнозировать. Мы не знаем, как будет выглядеть мир буквально завтра, в экономическом, социальном, индустриальном и политическом смысле.
Нет гарантий, что, находясь в стратегически важной географической точке, в точке пересечения крупных интересов, нам не придётся решать вопросы гораздо серьёзнее, чем мы решаем сейчас…
Для того, чтобы завтра не оказаться снова в той ситуации, в которой наш народ оказался 100 лет назад, нам нужно в срочном порядке вырастить одно поколение – поколение сознательное. Поколение, которое будет в недалёком будущем с решимостью отвечать на вызовы времени.
А сознательное поколение, с высокой долей вероятности, может вырасти в семьях с сознательными, деятельными, предприимчивыми родителями. И, наоборот, трудно вырасти сознательному, понимающему принципы и механизмы современного мира человеку в семье батрака…
«Чтобы подняться с колен»
Нынешняя нация способна создать условия, при которых родится новая – не мнимая, а настоящая нация, нация – боец, в лучшем смысле этого слова.
На земельную реформу можно смотреть двояко, в зависимости от наших приоритетов или… стереотипов: либо целью преобразований мы сделаем мечту-картинку из глянцевых журналов о высокотехнологичных аграрных комплексах, либо всмотримся в наши отечественные реалии, сделаем эпицентром реформ сельскую молодёжь, которая ныне в качестве дешёвой рабочей силы поднимает чужую экономику.
Отвечать на вызовы времени способно только общество, состоящее из чутких, держащих палец на пульсе времени людей. Взрастить же такое общество, преимущественно, могут люди, которые живут не в «социальной теплице» с гарантированными зарплатой, пайком и трудовыми часами, а несущие на себе социальные и экономические риски и посему в режиме реального времени шлифующие свои личность и мировоззрение.
«Кинутый» генофонд
И ещё. На селе сегодня несколько миллионов формально полных, на деле – неполных семей. Отцы на заработках, на родине – безотцовщина. Миллионы мам одни воспитывают детей. Растёт целое поколение, которое почти не знает, что такое отцовский авторитет, авторитет у них – улица. И это в мирное время…
Миллионы молодых отцов несут на себе ярмо чернорабочего, «гастарбайтера» … А это значит, что миллионы детей вырастают с сознанием, что они – дети чернорабочих. Что прямо влияет на их самомнение. Помимо этого, эта молодёжь – носитель национального генофонда – ещё народившихся детей. Если верить некоторым исследованиям, эмоциональное состояние родителей отражается на будущих детях, далеко до их рождения. То есть оставлять молодёжь – отцов и матерей будущего поколения – в положении эмоционального упадка, это по сути обрекать следующее поколение на тяжёлые психоэмоциональные комплексы.
Правильно спланированная земельная реформа – шанс многое изменить в лучшую сторону. Просто, главное, чтобы в центре внимания был человек.
«Борьба с бедностью»
Успех в решении проблемы бедности заключается, прежде всего, в отказе от выражения «борьба с бедностью». Почему? Да потому, что мы этим поменяем своё отношение к людям: мол, вот это люди «бедные» и мы их должны обеспечить работой и чем-то ещё. В таком отношении кроется явное неуважение к людям, и его надо менять в корне.
Не обеспечивать надо, а дать шанс, открыть доступ к возможностям – средствам для занятия предпринимательствам и… не мешать. И верить, что люди способны на свершения, потому как без этой веры, извините, руки будут тянуться чем-нибудь «помочь», в нехорошем смысле этого слова.
А ещё, понятие «борьба с бедностью» закрывает путь к анализу причин бедности, будто это явление живёт само по себе, заставляет нас перескочить к «решениям», минуя осознание причин бедности. Предлагаю вместо него ввести понятие «искоренение причин бедности». Такая формулировка побудит нас искать причины. Тогда мы поймём, как должна выглядеть земельная реформа…
Индивидуальный подход
В менее плотно населённых районах Узбекистана нет противопоказаний для создания условий для множества крупных агропредприятий, там – другая ситуация. Их свободно можно предоставить для возведения крупных агрокомплексов – сделать их концентрацией крупных агрохолдингов. А таких регионов в Узбекистане не мало.
Дробление площадей
Дробление земли на мелкие участки – не хорошо. Но и это не беда, ибо люди вскоре поймут, что нескольким землепользователям – соседям лучше работать в сотрудничестве, коллективно решать вопрос что выращивать, объединять усилия, вместе заключать договора с заказчиками.
Народ наш напрочь отучили работать в сотрудничестве. И надо это исправлять. Трудно, но нужно. Это имеет фундаментальное значение для развития – люди должны приучаться сотрудничать на равных условиях.
Диалог Медведева и Берлускони
Некогда Дмитрий Медведев, будучи президентом России, похвалился перед премьер-министром Италии, что, мол, Россия богата залежами углеводородов. Тогда Берлускони парировал, сказав, что в Италии нет углеводородов, но есть 5 миллионов креативных предпринимателей…
Нам тоже нужно формировать класс предпринимателей. Любыми путями. С помощью аграрной реформы в том числе.
