Манзура Эгамова, возглавлявшая один из районов в течение 12 лет – о заботах хокима, нехватке муки, «разборщиках» и многом другом
|03:21 / 05.03.202012 27515 мин
Когда в Узбекистане говорят «хоким», то, естественно, представляют себе мужчину. Тем более, представители нового поколения не могут себе представить, что женщина работает хокимом более десяти лет... Наш сегодняшний собеседник Манзурахон Эгамова, руководила Джалакудукским районом Андижанской области в течение 12 лет.
Фото : KUN.UZФото : KUN.UZ
В первые годы независимости хокимом Багатского района Хорезмской области была Шакаржон Хужаниёзова, Рахимахон Хакимова – хокимом Самаркандского района Самаркандской области, Тохирахон Маризаева – Касансайского района Наманганской области.
Слушатели Президентской Академии, 1996 год. Две женщины в середине - Манзурахон Эгамова (справа) была хокимом Джалакудукского района Андижанской области; Шакаржон Хужаниезова (слева) – хакимом Багатского района Хорезмской области.
Фото: архив Манзурахон Егамовой / Kun.uzТохирахон Маризаева (справа) была хокимом Касансайского района.
Фото: архив Манзурахон Эгамовой / Kun.uz
После этого, долгое время на посту глав районов женщины не работали.
В феврале этого года женщины вновь стали занимать посты хокимов. В Баявутском районе Сырдарьинской области начала работу хоким Дилфуза Уралова, в Алатском районе Бухарской области - Наргиза Нематова.
Мы поехали в Джалакудукский район, чтобы поговорить об особенностях работы на ответственном задании для представителей слабого пола и пообщались с Манзурахон ая.
Для справки, Манзурахон Эгамова, до того как стать хокимом, с 1971 года работала на таких должностях, как начальник хлопковой бригады, председатель колхозного профсоюза, колхозный агроном, председатель исполнительной власти Бозского района, секретарь отдела идеологии Джалакудукского района, председатель исполнительной власти Джалакудукского района, первый заместитель хокима Джалакудукского района.
С 17 января 1993 года по 19 мая 2005 года, она работала хокимом Джалакудукского района.
С 19 мая 2005 года по 2008 год она была заместителем хокима области -председателем Андижанского областного комитета женщин.
69-летняя Манзурахон Эгамова рассказала о своей профессиональной деятельности, непростой ситуации в первые годы независимости и роли близких в одновременном выполнении служебных и семейных обязанностей.
«Когда я была начальником бригады, ко мне на поле приехал Шараф Рашидов»
- Во-первых, стремление к лидерству у меня было с юности. В моей молодости, Турсуной Каримова из Андижана, была депутатом Верховного Совета СССР. Я стремилась стать такой как она.
Окончив школу, я заочно поступила в университет, вышла замуж. Председателем нашего колхоза была Угилхон Тешаева. Я очень обрадовалась, когда в 1971 году она вызвала меня и сказала: «Ты будешь руководителем Комсомольской молодежной бригады». Я возглавила бригаду, обрабатывавшую площадь в 160 гектаров.
По теме
В октябре 1972 года неожиданно выпал снег, и весь хлопок был засыпан снегом. Затем, в связи со стихийным бедствием, Шараф Рашидов посетил Андижан и приехал в наш район, именно в нашу бригаду.
В это время стебли у хлопчатника сорта "Ташкент" хоть и были высокими, но едва виднелись из-под снега, все было покрыто снегом. Покойный Шараф Рашидов спросил у меня: «Доченька, что случилось?». Я говорю: «Урожай хлопка был хороший, мы ожидали собрать 40 центнеров с гектара. Но, увы, все засыпало снегом», - тут я расплакалась. Тогда он сказал: «Дочка, не плачь, этот снег растает за три дня. Вы все равно соберете свои 40 центнеров урожая».
После встречи с Шарафом Рашидовым, желание быть лидером во мне стало еще сильнее. Я поступила в Высшую партийную школу в 1986 году. Я училась имея 4 детей.
Через год меня вызвали в исполнительный комитет Бозского района. Затем я была секретарем по идеологии, председателем райисполкома и председателем совета в Джалакудуке. Затем я была назначена первым заместителем хокима. С 17 января 1992 года по 19 мая 2005 года я работала хокимом».
«Наш народ очень страдал в первые годы независимости»
– В первые годы независимости нам было нелегко оторваться от «кормящей руки» и начать новую жизнь. В эти годы перед нами стояли 2 большие задачи. Первая - это сохранение мира. Вторая – спасти нацию от нехватки продовольствия.
Ислам Каримов всегда подчеркивал для нас эти два аспекта. Мы пережили страшные дни в 1993 году... Однажды пришло сообщение из кишлака Ойим. Люди не давали работать комбайну. Я поехала, и не поверите, комбайн шел по площади в 40 гектаров. Сверху бункера 4-5 парней воровали зерно. Рядом, около 200 женщин скашивали пшеницу.
Я увидела, что с этим мне не совладать. Я заставила там же высыпать пшеницу из бункера для людей. Мы оставили это поле людям и увезли комбайн на другое поле.
У народа в то время был дефицит муки. С того 1993-го года я думаю, что глаза у людей оставались голодными, хотя сами они уже не голодали. Это надо правильно понимать. Мы были свидетелями вот таких трудных времен. Но характер нашего народа, его вера в независимость вывели нас из этой ситуации.
Случай с «разборщиками»
- Ну, быть женщиной-хокимом гораздо сложнее. Я и сама очень страдала. Прежде всего, признают ли меня хокимом мои соотечественники. Во-вторых, меня очень мучали сомнения, смогу ли я, женщина, оправдать столь высокое доверие.
Я не спала больше 2 часов на протяжении трёх лет. Я приходила домой и снова уходила по каким-то делам. Я постоянно была на полях.
В районе в то время было 4 группы. Тогда их называли «разборщиками». Однажды сижу я в своем кабинете. В те годы был очень известен «разборщик» по кличке Мухтар Сака. С треском открылась первая дверь, вторая дверь была выбита, сорвана с петель, и рухнула. В мою комнату вошли шестеро амбалов.
Я только заварила чай и пила его. Они без приглашения уселись на соседние стулья. Затем они начали мне угрожать. Я спокойно продолжала пить чай. Тогда я сказала себе: «Манзура, то, как ты сегодня победишь их в идеологическом плане, как ты сможешь их убедить, покажет, что ты -истинный глава Джалакудука». Так я подготовила себя.
Я дослушали их и сказала: «Это всё?». «Всё» - ответили они. Я ответила на каждое их слово. Я рассказала им, что такое независимость, что будет в будущем, что делает наш президент. Объясняя верховенство закона в этой стране, я спросила их: «А что делаете вы?» - на меня снизошло вдохновение, и я много говорила. У меня богатый словарный запас, короче я «уболтала» их. Они молча сидели. «А теперь, шагом марш!» - скомандовала я. Они продолжали сидеть. Тогда я швырнула чайник с чаем туда, где они сидели. Я крикнула: «А-ну встали!». Они вскочили и выбежали через дверь.
Я схватила за ворот этого Мухтара. - Починишь дверь - сказал я. - Починишь и уйдешь, а если нет, я отдам вас прокурору, - тогда он исправил дверь и вышел.
После этого моя сила, моя уверенность в себе стали твердыми. Так что, можно повернуть любую силу. Главное - не отступать.
Были и такие, кто говорил, что эта женщина не протянет и 6 месяцев. Но я столько лет работала. Почему? В основе этого лежит только труд. Если вы не думаете о людях, стараясь для себя, тогда люди не поверят вам.
Должность и семья
- Я не плакала перед подчиненными и населением. Потому что, если бы я заплакала, упал бы дух народа. Но дома у меня бывали дни, когда я запирала дверь и плакала навзрыд.
Я вышла замуж в 1970 году. Я попала в семью, где было 8 дочерей и один сын. Когда я пришла к ним, четыре мои золовки еще не были замужем. Мой покойный тесть был кузнецом. Моя свекровь Журахон она - была домохозяйкой. Я была взята как невеста ее сыну, которого они хранили как зеницу ока. С того дня, даже когда мне сказали, что я буду бригадиром, тесть поддержал меня.
Мой муж работал в торговле. Мы договорились с мужем. Он сказал: ладно, работай. Но пусть твои дела остаются за порогом. Однажды ночью я задержалась. Он схватил меня за руку и вывел меня за порог и потребовал, чтобы я оставила работу. Тогда мой тесть отругал моего мужа и завел меня домой. Для любой женщины муж всегда будет мужем.
Единственная женщина-хоким в стране за 8 лет
- Когда мы стали первым хокимами, нас было четыре женщины. Тохирахон из Касансая из Намангана, Рахимахон из Самарканда, Шакаржон из Хорезма.
К счастью, мы все четверо были слушателями Высшей партийной школы в двух группах: двое из нас обучались партийному строительству, ещеа двое - советскому.
Волею судьбы все четверо стали хокимами. Они работали 4-5 лет. Шакаржон проработала 7 лет, а затем стала заместителем по делам женщин. Остальные ушли с должности. Последующие 8 лет я была одна по всей республике.
«Сейчас хоким должен знать все»
Современное общество не такое, как раньше. Был достигнут большой прогресс. Значительные изменения произошли в мире. Среди нашей молодежи сейчас много образованных людей. Нынешний хоким должен знать все.
Я действительно сожалею об одном. Почему я не родилась через 20 лет? Почему не работаю в это время? Президент привнес в общество огромную силу и такую идею, что медлительный человек не поспеет за изменениями. Только успевай.
Женщина-хоким несет две обязанности на своих плечах. Первая - это функция власти, а вторая – женская функция. Потому что, если мужчины делают ошибки, если они не преуспевают, то это может быть не замечено. А если будет всего одна на 15-20 человек, то её точно заметят. Поэтому женщина должна быть более образованной, чем мужчина.
«Сейчас во многих случаях мы занимаемся последствиями»
- Мне было бы легче быть хокимом сегодня. Разногласия, различия во мнениях, события в Намангане, Оше и Фергане в первые годы независимости укрепили нас.
90-е годы. Слева направо: хоким Шахриханского района Мухаммаджон Раззаков, хоким Баликчского района Абдусаттор Ганиев, хоким Джалакудукского района Манзурахон Эгамова, хоким Мархаматского района Абдуманноп Расулов, хоким Бозского района Адхамжон Уринбаев.
Во многих случаях мы имеем дело с последствиями. Я всегда говорю: имея дело с последствиями, мы не можем решить проблему. Мы должны разобраться с причиной.
Например, если кто-то совершает самоубийство, мы бежим хоронить его и начинаем разбираться. Но это же уже случилось! Что нам разбирать? Мы должны разобрать причину. До самоубийства он хотел побыть один, был внимательным и не общался с соседями. Если он был школьником, то не общался со своими друзьями. В семье была неблагоприятная обстановка ... Это нужно было знать. Надо было заниматься этой семьей. Он уже сделал то, что сделал. Бесполезно возиться последствиями. Вы должны разобраться с первопричиной.
«Личность должна быть неприкосновенна»
- Во-первых, у хокима должен быть богатый словарный запас. Например, если вы скажете председателю «эй, ты бык», и будете давать ему поручения таким способом, он не примет и половину. А например, «Юсуфжон ака, вы в своем уме? Я доверилась вам? А вы как поступили?». Если вы скажете так, слова хокима пройдут через его сердце. Потому что в ваших словах есть вера в этого человека. Есть поддержка. Он поверит вам. Когда вы уйдете, он сделает вдвое больше, чем вы просили.
Но где-то нужно и отругать. Я тоже где-то кричала. Но личность должна быть неприкосновенна. Мы все люди.
С какими лидерами Узбекистана вы общались?
- Я встречалась с Шарафом Рашидовым, Усманходжаевым и Исламом Абдуганиевичем несколько раз. У нас много раз была возможность поговорить с ним во время сессий, до нее и во время его визитов в регион.
С Шавкатом Миромоновичем мы были хокимами в одно и тоже время. Потом мы одновременно стали депутатами. Мы вместе работали, когда он был Премьер-министром. Мы встречались с ним много раз.
Сейчас, будучи в обществе пожилым, но опытным наблюдателем, я хочу сказать, что среди женщин сегодня нет готовых кадров. Не только женщин, но и мужчин. Поэтому необходимо воспитывать кадры шаг за шагом.
