«Пусть дают компенсацию» — как живут люди в Байсуне после второй аварии на шахте?

«Я здесь, потому что зарабатываю на жизнь животноводством. Там, где расположен наш дом, хорошо циркулирует воздух, и газ долго не задерживается. В колледжах живут те, кто может себе это позволить. Когда скважину закрыли, стало хорошо, все успокоились. Но ее снова прорвало. В тот день приехало начальство и пообещало закрыть. Сказали: потерпите, страдаете не только вы, но и еще 4-5 кишлаков», - говорит Мансур Кулмаматов из Кофруна.

Другой житель села заявил, что его не устраивает информация, предоставленная чиновниками. Он также заявил, что населению должна быть предоставлена ​​материальная и моральная компенсация.

«На брифинге нам дали совершенно ненужную информацию: состав газа, год, в котором были выполнены работы — это людей вообще не интересует. Люди говорят, что они должны дать нам компенсацию. Живя здесь, например я, зарабатываю 1 миллион сумов в месяц, работая в школе. Вы знаете, что не сможете прожить на 1 миллион сумов. Поэтому я занимаюсь дополнительно разведением скота. Безработные тоже этим занимаются. Они тратят деньги, чтобы приехать, ухаживать за скотом и снова уезжать», - говорит он.

Специалисты до сих пор пытаются ликвидировать последствия аварии. Во время нашей поездки мы чувствовали запах сероводорода не только в Кофруне, но и во всем районе, а также в соседних Шерабадском и Музрабатском районах.

Случаев физических повреждений среди жителей поселка не было. Но ядовитый газ угрожает их здоровью. Мы посетили районное медицинское объединение. По словам жительницы махалли «Мустакилилик» Байсунского района Дилрабо Мирзаевой, ее дочь-девятиклассница отравилась газом, когда шла в школу. Мы поговорили с женщиной, которая в это время сидела в палате у кровати своей дочери

«К обеду запах газа усиливается. На нашей стороне его очень много. Дочь отравилась газом, когда шла домой из школы. Мы привозим ее в больницу уже третий раз, приезжаем ночью... Газа очень много, в комнатах тоже пахнет, все мои дети травятся этим газом. Вызываем на дом медсестру, но дочь пришлось положить в больницу: ей стало не хватать воздуха.

Другая моя дочь учится в 4-м классе, с ней случилось то же самое, она упала в обморок на улице от запаха газа по дороге домой из школы. Слава Богу, медперсонал помогает. Дочери стало лучше после капельницы, она сейчас находится дома.

Жители не могут выйти на улицу. Начинается вечером около 8 часов и продолжается до 2-3 часов ночи. Закрываем все места в доме и включаем кондиционер, но газ все равно поступает. Нас заставляют отправлять детей в школу, учителя говорят, что от газа еще никто не умирал. А отправляем —случается такое. Говорят, что надо уезжать, а куда мы пойдем?» - говорит женщина из Байсуна.

Один из мужчин, положивших своего ребенка в больницу, рассказал, что несколько лет работал в буровой отрасли. По его словам, сейчас оставаться в кишлаке просто опасно.

«Я сам работаю в этой сфере. Там очень большое давление. Представьте себе давление в 780 атмосфер... Мы работаем на шахтах в Бухаре, тоже делаем заливку и прессуем ее до 200-250 атмосфер, держится 3 дня – в это время туда не ездим. Почему же здесь заставили работать людей при таком огромном подземном давлении? Кто это приказал? Это просто невозможно.

Они должны выплатить компенсацию. Все страдают. Кто понесет наши расходы? Мы в таком положении с 1 сентября. У меня пятеро детей... Когда я пришел домой, я увидел, что в ведрах с водой на улице вот такой (показывает двумя пальцами толщиной примерно в полсантиметра - ред.) слой серы. Осела на дно. Поверхность железных предметов блестит, как будто ее обрызгали маслом или соляркой», - говорит он.

Глава Байсунского районного медицинского объединения Фарход Абдуганиев сообщил, что в больницу поступают пациенты с легкими симптомами отравления - головная боль, тошнота, слабость.

«Через 1-2 часа после оказания необходимой помощи гемодинамические показатели больных - артериальное давление, пульс - стабилизируются. Рекомендуется давать объяснения больному и находиться под наблюдением участковых врачей. Госпитализированных больных у нас нет, тяжелых больных не наблюдалось», — говорит врач.

Жителей кишлака Кофрун на автобусах развезли по колледжам и школам Байсуна. Мы поговорили с представителями эвакуированного населения, чтобы ознакомиться с условиями их жизни.

«У меня и до этого были проблемы со здоровьем, я лечусь два раза в год. Этот запах газа сильно действует на больных и маленьких детей. После второго взрыва он начал проникать в дома. Мы написали председателю махалли, он молчит. Позже были отправлены автобусы, началась эвакуация.

Скоро – зима. Зимы в Байсуне очень холодные. Мы согласны сидеть без газа и жечь кизяки по старинке... Ничего... Даже если будем размачивать черствый хлеб в воде... Лишь бы не быть без крыши над головой и жить вот так...

Если они не смогут закрыть шахту... Они не могут на это ответить, они даже не знают. Компания тоже только надеется. Если она не сможет закрыть шахту, пусть поможет нам и построит нам жилье. Хотя бы дайте компенсацию. Давайте внесем первоначальный взнос и получим дома. Есть много людей, которые говорят, что оставят свои дома по собственному желанию, пусть им помогут.

В прошлый раз тянули целых 15 дней. У меня трое детей, ситуация тяжелая, жить трудно. Нет ни школы, ни детского сада. Дети не ходят на занятия. Излишне говорить, что страдаем и мы, взрослые. С едой нет проблем, но как быть с жильем?», - спрашивает женщина, расположившаяся в колледже.

«Мы тоже живем в Кофруне. Когда все остальные уехали, мы тоже уехали ради наших детей. Мы пытаемся предотвратить отравление наших детей. Говорит, что газ уничтожает легкие. Мы думаем об их будущем.

Пусть дадут компенсацию, пусть нам построят дом. Сколько людей жило там в лишениях, как они могут покинуть кишлак и обосноваться в другом месте? Пусть компания Enter выплатит зарплату своим работникам. Им не платят уже несколько месяцев. Мы будем есть чужую пищу 4 дня, 5 дней, но, сколько времени мы будем ходить из школы в школу, из колледжа в колледж? Когда придет зима, чем мы будем отапливаться, где газ [для отопления], где дрова?

Сколько людей заболевают, у них поднимается давление. Да, скорая приезжает и помогает, но это же всё от газа. Не все раньше болели, не у всех каждый день поднималось давление. Это газ. Пусть закроют или перенесут в другое место», - возмущалась другая женщина из Кофруна, давшая нам интервью с маленьким ребенком на руках.

Жители Байсуна находятся во власти неизвестности, они не могут представить себе свой следующий день. А ответственные органы пока не торопятся принимать серьезные меры относительно ответственности компании-подрядчика за ущерб, нанесенный населению и экологии Байсуна.

Бахтиер Тухтаев,
Шерзод Эгамбердиев,
Kun.uz.