В Намангане женщина умерла под капельницей в сельском медпункте

39-летняя Муножат Турабаева пришла в семейный врачебный пункт в селе Говазон, чтобы сделать инъекцию препарата для повышения гемоглобина. Медсестра поставила капельницу, после чего женщине резко стало плохо, и она скончалась. Родственники утверждают, что она была здорова и бодра. Причину смерти установит экспертиза.

Трагедия произошла 28 марта в селе Говазон в семейном врачебном пункте, относящемся к Янгикурганскому районному медицинскому объединению.

Погибшая Муножат Турабаева вела обычную домашнюю жизнь. Она принесла с собой препараты для повышения уровня гемоглобина, которые выдаются бесплатно государством. Последний курс таких препаратов был назначен ей 4 марта текущего года.

По словам медиков, в сентябре прошлого года Турабаевой выдали препарат «Ферлек», а в марте этого года — «Неофер». За 3–4 дня до смерти она завершила трёхдневный курс «Неофера». Однако 28 марта она снова пришла в пункт, пожаловалась на боли в теле и попросила использовать оставшуюся одну ампулу «Ферлека», которую она принесла с собой из дома.

Патронажная медсестра Гульбахор Эргашева, делавшая инъекцию, рассказала, что сначала порекомендовала ей дождаться врача. Но женщина объяснила, что у неё нет денег на дорогу, чтобы ездить в другой пункт, и медсестра, сжалившись, сделала инъекцию. Срок годности «Ферлека» истекал в октябре 2026 года, хлорида натрия — в 2027 году.

«Раньше, когда она делала препараты для крови в другом месте, ей тоже становилось плохо. Мы ничего не смогли сделать для оказания первой помощи — у нас для этого нет ничего», — рассказала медсестра.

Семейный врач Худойберди Алижонов в тот момент находился в основном медицинском пункте махалли. Когда медсёстры вызвали его, он приехал, но женщина уже скончалась. Врач отметил, что в семейных врачебных пунктах не всегда есть врач — существует нехватка кадров. Он также добавил, что точную причину смерти назовёт только экспертиза.

Родственники погибшей утверждают, что она была здоровой и энергичной женщиной.

«Она пришла в поликлинику здоровой, своим ходом, и умерла после укола. Была бодрой, работала по хозяйству, даже поденную работу выполняла. Муж её работает в Ташкенте, поэтому все домашние дела лежали на ней. Самое страшное, что она умерла на глазах у младшего сына. В поликлинике даже тонометра нет, обычного термометра тоже не было. В день её смерти в пункте не было врача, только четыре медсестры. Перед процедурой её не осматривал врач. А когда узнали, что вы приедете, приготовили новые чистые койки и стулья. А в тот день койка, на которой она лежала, была грязной», — рассказала невестка погибшей Наргиза Турсунова.

Муж погибшей Ботир Турсунов разговаривал с женой по телефону примерно за 20 минут до её смерти. Он работает в Ташкенте.

«В тот день супруга была свободна от работы. Она позвонила мне и спросила, можно ли ей сходить в поликлинику сделать укол. Сказала, что вернётся через 20 минут. Я разрешил. Через некоторое время позвонил сосед и сказал, что ей стало плохо, нужно срочно приезжать. Позвонил жене — трубку взял сын. Он бормотал: «Папа, мама...», а потом женщина, взявшая телефон, сказала, что моя жена умерла. Когда я приехал, уже проводили экспертизу. Жена была здоровой. Пусть те, кто это сделал, ответят. Двое моих детей остались без матери. Жена пришла в поликлинику здоровой, всего за 20 минут до её смерти мы разговаривали», — говорит он.