В программе «Геополитика» на Kun.uz политологи Фарход Толипов и Хамид Садык ответили на вопросы зрителей. Один из них касался 201-й российской военной базы в Таджикистане.
Военная база — это геополитический интерес
Фарход Толипов: 201-я дивизия в Таджикистане, российская авиабаза в Кыргызстане и другие военные объекты в регионе требуют пересмотра своей роли в нынешних геополитических условиях. Настало время для их поэтапного закрытия или, по крайней мере, функционального переформатирования.
Их практическая польза вызывает вопросы. Особенно в случае с авиабазой в Кыргызстане — есть мнения, что её реальная операционная эффективность очень низка. Кроме того, ОДКБ и другие структуры безопасности в регионе так и не стали эффективными механизмами.
Реальная роль любой организации безопасности проверяется только тогда, когда возникают реальные угрозы. За последние 30-35 лет в Центральной Азии не было масштабной регулярной военной агрессии. Угрозы, исходившие с территории Афганистана, были, но национальные системы безопасности в большинстве случаев справлялись с ними самостоятельно. С этой точки зрения, практическая необходимость в крупных военных базах почти исчезла.
Второй важный момент — геополитическое влияние иностранных военных баз. Теоретически и практически, с военной базой приходят и геополитические интересы страны-владельца. Это может оказывать давление на процесс принятия суверенных решений.
В прошлом году в Ташкенте прошла седьмая консультативная встреча глав государств Центральной Азии. Был принят ряд важных документов, включая концепцию региональной безопасности. Разработан каталог региональных рисков и угроз. К сожалению, эти документы закрыты.
Тем не менее, сам факт принятия такой концепции — важный сигнал о том, что страны Центральной Азии стремятся обеспечивать свою безопасность в основном самостоятельно. Если регион выбирает путь самостоятельного формирования системы безопасности, необходимость во внешних военных базах естественным образом отпадает.
Стоит поставить вопрос: не станет ли Центральная Азия в будущем зоной, свободной от иностранных военных баз? Вопрос остаётся открытым, но он показывает необходимость серьёзного обсуждения будущей модели региональной безопасности.










