Трудовая миграция в Южную Корею превратилась в коррупционную схему, теперь очередь за Японией?
|16:45 / 01.01.202313 61529 мин
В результате предпринятых в последние годы усилий появилась возможность направить более 20 тысяч узбекистанцев на работу в Японию – развитую страну. И для того, чтобы создать эту возможность, люди много работали, прилагали титанические усилия, но теперь, когда дело пошло на лад, кто-то хочет взять дело в свои руки, используя “проверенные методы”... Рынок может быть закрыт для Узбекистана из-за «волков»...
Фото: Kun.uzФото: Kun.uz
Поскольку Узбекистан после обретения независимости не пошел по пути системных реформ, 5 или 6 млн человек стали трудовыми мигрантами. Потому что именно структурные реформы создают рабочие места, а не приказы или мандаты. К тому же Узбекистан не является страной, которая должна отправлять рабочую силу, напротив, это страна, которая имеет потенциал для привлечения рабочей силы.
Трудовая миграция в нашей стране делится на два направления. Одно из них заключается в том, что неквалифицированные безработные уезжают в развивающиеся страны и выступают там в качестве дешевой рабочей силы. При этом в самом Узбекистане вся промышленность пришла в упадок.
Второе направление – квалифицированные, ценные кадры уходили в развитые страны, обогащая их. Узбекистан же остался практически без кадров. Мы хорошо знаем, как уезжали и уезжают в Россию миллионы чернорабочих. Но в какой-то момент появилось другое направление – отправка рабочих в Южную Корею. Эта сфера была отдана на аутсорсинг госоргану и, как обычно, превратилась в огромную коррупционную схему: люди платили немалые деньги за поездку в Южную Корею каким-то «помощникам». И количество требуемых ими денег росло.
Ни для кого не было секретом, что эти деньги шли в столицу, ведь именно те, кто дал деньги, получали возможность поехать в Корею.
Новое время, начались реформы и в этой сфере. Кое-что сделано, но простые люди до сих пор платят за то, чтобы поехать работать в Южную Корею. В настоящее время эта неофициальная цифра составляет 15 тысяч долларов. Те, у кого нет таких денег, отправляются в Корею «за счёт помощников». Прибыв в Южную Корею, они должны возместить им не 15, а уже 25 тысяч долларов…
А теперь рассмотрим ситуацию и подумаем: почему безработные люди, намеревающиеся обеспечить свои семьи, должны платить столько денег, чтобы поехать на заработки? И снова тот же закономерный вопрос: в чьи карманы попадают эти деньги?
Мы ещё поговорим о «южнокорейском бизнесе». Сейчас же речь пойдёт о признаках того, как кто-то захватывает в свои руки также сферу отправки рабочих в Японию.
Прежде чем говорить о том, как пытаются организовать коррупционную схему в этом направлении, хотим обратить ваше внимание на то, как устроен механизм отправки рабочих из Узбекистана в Японию начиная с 2020 года.
В целях сделать механизм выезда на работу в Японию качественным, открытым и прозрачным, в 2020 году постановлением и распоряжением главы государства №4829 Министерством занятости и трудовых отношений Республики Узбекистан открыт японский институт «Nippon Educational Academy Japan», имеющий 100-летнюю историю, а также специальный центр проверки знаний японского языка. Здесь преподают 7 японцев и 15 местных преподавателей японского института «Nippon Academy».
По теме
Курсы состоят из 2 семестров и рассчитаны на 6 месяцев. Обычно стоимость контракта на такие курсы в Японии составляет 4 тысячи долларов. Здесь же можно получить аттестат об окончании школы без трат, льготным способом. Кандидаты, быстро освоившие язык во время учебы, имеют возможность участвовать в конкурсах на собеседование с работодателем.
Масами Симузу, президент “Nippon Educational Academy Japan”
«Мы не ограничиваемся обучением японскому языку и основам профессионального образования, но также обучаем корпоративной этике компаний-работодателей, японским законам и правилам, трудовому праву работников, адаптации в Японии. Всё это включено в качестве отдельных учебников.
После нашего онлайн-разговора с Президентом Узбекистана у нас появилась мотивация, и мы собираемся запустить бесплатную платформу по трудоустройству для узбекистанцев, ищущих работу в Японии, и японских работодателей, заинтересованных в рабочей силе Узбекистана. Эта платформа впервые в Узбекистане позволяет кандидатам с японским языком и сертификатами профессиональной квалификации заключать трудовой договор напрямую с работодателем в Японии без посредников. Вместе с тем, в ближайшие дни мы презентуем совместно с «Центром подготовки к экзаменам по японскому языку и профессиональной квалификации» в Узбекистане мобильное приложение для изучения японского языка для узбеков, изучающим японский язык. Это мобильное приложение предназначено для Узбекистана».
Кандидаты, прошедшие специальные квалификационные испытания, получат международный сертификат со статусом квалифицированного работника, что дает им право на работу. Квалификационные тесты Tokuteiginou, признанные японскими работодателями, строго контролируются Министерством юстиции Японии и Агентством иммиграционной политики для обеспечения прозрачности и справедливости, а также для предотвращения конфликта интересов.
После выезда в Японию кандидаты будут готовиться 1 месяц на адаптационном тренинге, после чего приступают к работе. Все расходы в этот период покрывает работодатель.
Отличительные черты новой системы: образовательное учреждение, отправляющая организация, оценивающая организация (т. е. организация, принимающая экзамены) и принимающая организация выполняют свои соответствующие функции, как единое целое. Но они не связаны юридически, то есть система свободна от коррупционных цепочек и конфликта интересов.
Но…
Прежде чем перейти к «но», давайте посмотрим, как устроен механизм выезда в Японию в 2020 году.
В настоящее время граждане, желающие работать в Японии, имеют возможность подготовиться по 2 программам:
программа повышения технической квалификации – стажировка,
программа подготовки специально квалифицированных рабочих.
Вторая программа является новой, введенной правительством Японии в 2019 году и направленной на привлечение в Японию около 400 000 единиц иностранных трудовых ресурсов к 2025 году. Порядок выезда на эту программу следующий:
Срок до отъезда составляет 1 год, если испытания пройдены успешно.
Зарплата выше 1800-2000 долларов, без ограничений.
Можно сменить работу.
Выдача визы до 10 лет.
Можно поехать с семьей.
Гражданин может заключить договор непосредственно с работодателем.
Главное условие для выезда в Японию в качестве квалифицированного работника – успешное прохождение тестов. Тогда вы будете иметь право заключить договор напрямую с работодателем. Никаких посредников не будет.
Эта программа не предусматривает наличие посредников в стране-отправителе. Это соответствует законодательству Узбекистана.
Порядок выезда по программе технической квалификации следующий:
Срок до отъезда 7-8 месяцев.
Зарплата от 1000-1200$.
Гражданин может пройти эту программу через частное агентство по трудоустройству или Агентство по внешней трудовой миграции.
Сменить работу невозможно.
Виза выдаётся до 3 лет.
Семью забрать нельзя.
Как сообщается на сайте Министерства юстиции Японии, граждане Узбекистана имеют возможность поехать в Японию 3-мя разными способами:
Через частные агентства занятости.
Через Агентство по внешней трудовой миграции.
Самостоятельно, пройдя тестирование и заключив договор напрямую (это также соответствует трудовому законодательству Республики Узбекистан, то есть процедура получения разрешения Агентства по внешней трудовой миграции на работу за границей в 2018 году была отменена специальным решением президента).
Теперь о том, как коррупционную схему (такую же как при отправке в Корею) пытаются установить в направлении Японии.
Выше мы показали 2 программы, одобренные Японией – легкая, упрощенная схема: при наличии знаний можно поехать без каких-либо препятствий. Тот факт, что ни министерство, ни образовательная организация, ни Агентство по делам внешней миграции не могут вмешиваться в тесты, делает эту схему прозрачной и удобной для граждан.
Дилафруз Икромова, наряду с развитием сотрудничества между соответствующими государственными органами двух стран, выдвинула инициативу по созданию инфраструктуры, направленной на повышение квалификации работников. 15 лет жила в Японии, владеет японским, английским, турецким, русским языками. Окончила Ташкентский государственный институт востоковедения и Токийский университет Сока. Работала на важных должностях в нескольких крупных японских компаниях. В 2020 году – директор ООО «Nippon Educational Academy», в 2021 году – директор Японо-Узбекского совместного Центра тестирования японского языка и профессиональной квалификации:
«Когда мы начинали свою деятельность, к нам относились с недоверием. В октябре 2021 года наш президент посетил моноцентр в Навои и пообщался с президентом «Nippon Educational Academy Japan» через нашу онлайн-платформу. Стал расспрашивать нас о целях создания центра.
Мы сказали ему, что главная задача – создать механизм и структуру для реализации меморандума, подписанного между двумя странами, создать для наших граждан привилегированную возможность работать в такой развитой стране, как Япония.
В результате была создана система, при которой расходы на отправку рабочих не достигают даже 10 млн сумов. При этом по поручению президента расходы на тесты возмещаются государством.
Тогда президент обратился ко мне и сказал: «вы взялись за трудное, только не уставайте и не останавливайтесь». Теперь я понимаю, что он уже тогда всё знал... Теперь, каждое утро, когда я просыпаюсь, я говорю себе: «я не должна уставать, я не должна уставать». Но мы устаём.
Журналист: а отчего вы устаёте?
Мы полностью выполняем меморандум и соглашение между министерством, агентством и Nippon Academy. Мы помогли создать идеальную инфраструктуру, привлекли работодателей, провели форум в Узбекистане с участием японских работодателей. Мы привели в Узбекистан настоящих работодателей! Мы собирали их в Японии.
Мы привлекли около 80 кадровых кооперативов и создали систему как представить Узбекистан в Японии. Мы нашли партнеров, которые искренне хотят работать с Узбекистаном. Узбекистану не нужно теперь тратить на это много денег.
Если мы сможем наладить с ними совершенный механизм, надежное сотрудничество, то это механизм, который заработает сам. Только не должно быть преград. Нам просто нужно улучшить качество образования.
Однако в тот момент, когда всё начало налаживаться, когда надо только увеличить количество студентов, некоторыми сотрудниками Министерства и Агентства были затеяны различные интриги, чинились препятствия.
Хотя сейчас у нас уже есть возможность обучать 2500 студентов, направления на учёбу в наш центр гражданам перестали выдавать. Возникает вопрос: зачем мы тогда привлекли японцев? Если нет направлений – наше присутствие здесь теряет смысл.
Если мы уйдем из Узбекистана, для Узбекистана это будет отрицательным результатом – потеряется качество. Потому что в моноцентрах нет японских специалистов. Даже когда президенту презентовали учебные курсы японского языка, привлекали наших учителей, нашу программу. А теперь устраивают настоящее рейдерство.
Сегодня утром звонит менеджер одного из моноцентров района и говорит: «освободите свои помещения, мы дадим вам другие»… Мы создали эти кабинеты по японским стандартам, они были созданы по решению президента!
Зачем мы старались, чтобы получить квоту в 5000 человек? Мы стараемся возвысить репутацию Узбекистана, завоевать доверие японцев и найти свое место на японском рынке. Я два года собирала свою команду. Мне потребовалось много усилий, чтобы создать эту систему. Со сколькими японскими организациями и государственными организациями я связалась?! Нам удалось заинтересовать JICA! В настоящее время JICA финансирует создание крупной платформы, которая поможет людям, желающим поехать в Японию. Это тоже наше предложение...
Теперь, когда все налажено, когда все идеи у нас взяты, нас вытесняют. На готовенькое!
Ревизию недавно делали... Ревизионный документ, занесенный министру, совсем не тот, что я подписывала… Что я должна думать?»
Микако Сугивара, учитель японского языка, преподающий в Узбекистане:
«Недавно мне позвонил директор моноцентра и спросил: не могли бы вы учить японскому языку в нашем моноцентре?». В Японии нельзя работать на две компании, это считается очень неприличным. Поэтому я сказала, что спрошу у руководителя, что именно она взяла меня на работу, и что я не собираюсь устраиваться на другую работу, что я не могу так поступать». Но мне звонили снова и снова. А сегодня сказали: «ты будешь преподавать в новой группе». Я был расстроена и рассказала своему руководителю».
Зарнигор Набиева, руководитель образовательного отдела «“Nippon Academy”»:
«В последнее время от граждан и наших педагогов из областей поступают различные жалобы. Когда люди обращаются в Агентство содействия занятости и просят направления на обучение в нашем центре, им говорят, что «есть приказ сверху» и что они не могут дать направление на обучение в центре. Кроме того, у нас забирают граждан, желающих учиться в Nippon Academy, говоря им, что «моноцентр откроет свой курс японского языка, так что не учитесь здесь».
Жалобы от наших преподавателей же заключаются в том, что моноцентры оказывают давление на наших учителей. Им предлагают работу, и, если они отказываются от предложения, на них оказывается различное давление. Они требуют у наших учителей наши эксклюзивные учебные программы. В японской правовой системе каждое учебное заведение, будь то университет или центр, имеет свою школьную программу. У Nippon Educational Academy тоже есть своя программа. В Японии ими пользуются только учителя и ученики этой школы. Передавать эти учебники на сторону строго запрещено. Мы тоже работаем по тому же правилу. А сотрудники моноцентра всячески пытаются заполучить у сотрудников в регионах наши образовательные программы, под предлогом проверок и «спрашивают из министерства».
Дилафруз Икромова:
«В Японии такие дела крайне постыдны. Мои учителя японского пишут: «извините, но я устаю, даже если я говорю «нет», они все равно звонят мне каждый день, не оставляют в покое».
Я пишу министру о ситуации, он читает мои сообщения, но не отвечает».
В дорожной карте «Обучение японскому языку и определение уровня владения японским языком на основе спроса работодателей в Японии», подписанной министром занятости и труда 9 сентября 2022 года, после четвертого пункта был внесён непронумерованный пункт о создании министерством центров оценки знаний.
Вопрос: Зачем для прохождения теста японского центра оценки нужно ещё проходить тест узбекского министерства? Разве это указано в требованиях японских работодателей? Что же это за «специальный» центр оценивания? Вопросов много.
Если этот центр будет создан, к 4 этапам, определенным Японией:
добавятся еще два этапа, и процедура выезда в Японию будет выглядеть так:
В то время, как японцы вводят упрощенную процедуру приема на работу, министерство хочет добавить в нее лишние и ненужные процессы. Почему?
Поищем ответ на этот вопрос в прошлом. 2017 году совместно с Агентством внешней трудовой миграции был создан комплексный тестовый центр для того, чтобы иметь возможность попасть в Топик тесты для трудоустройства в Южной Корее.
В то время в Топик тесты заходили граждане, набравшие определенный балл в центре комплексного тестирования. Абитуриентов тестировали 5 дней в неделю, 120 человек в день, это 600 человек в неделю, 2400 человек в месяц. Это около 30 000 человек в год. Брали 10 долларов с человека. Обращаемся к калькулятору и получаем круглую сумму...
Вдобавок ко всему, нужно было записыватся за месяц, чтобы сдать этот ненужный экзаменационный тест...
В 2019 году новый министр расследовал эту коррупционную ситуацию в работе Агентства по трудовой миграции, и деятельность центра была прекращена.
Но теперь история повторяется...
Министр снова сменился, но старые «волки» в агентстве, похоже, остались прежними. Старую аферу хотят провернуть также и с Японией.
Но видимо им невдомёк, что с Японией это не сработает, так как японцы берут интервью у кандидата напрямую. Более того, при таком механизме, который пытается создать министерство, не удастся выполнить обещание, данное президенту в Навои: «мы отправим 10 тысяч рабочих».
Но, видимо, нуворишей это не интересует – приоритеты другие...
Япония является одной из ведущих стран в борьбе с коррупцией. Если выяснится, что такая схема была организована госслужащими в Узбекистане, и что введены дополнительные тесты, рынок Японии, который еще не открылся, будет снова закрыт для Узбекистана, как он был закрыт в 2016 году.
Дилафруз Икрамова:
«В настоящее время в Японии работает около 2 млн иностранных граждан. Почему в Японии высокий спрос на рабочую силу? В настоящее время эта страна переживает огромный демографический кризис. За одного рабочего борются 3-4 компании, и на 150 рабочих мест есть всего 100 рабочих, а остальные 50 нужно набирать со стороны.
Япония – страна качества: качественные работники, качественная работа, качественные результаты. Вот почему мы не можем отправлять в Японию людей, которых отправляем в Россию. Если мы подготовим рабочих, обучим их языку и выдадим им сертификат, то есть документ, подтверждающий их квалификацию, то Япония будет давать визу. В противном случае, даже если у вас есть договор, визу не будут давать.
Около 500 000 из 2 миллионов иностранных рабочих в Японии приезжают из Вьетнама. Но 80 процентов японских работодателей недовольны вьетнамцами и отказываются от них. Почему? Потому что во Вьетнаме на каждого работника приходится по 10 000 долларов коррупционного сбора. То есть после прибытия в Японию рабочий должен погасить долг в 10 000 долларов (вьетнамец, у которого столько денег, не уезжает за рубеж на работу — занимается бизнесом дома). Именно поэтому он убегает от своего работодателя, потому что ему сложно работать в одной компании и оплачивать свои долги, он старается работать сразу в 2-3 компаниях.
И работодатель от этого проигрывает — ведь он потратил деньги, обучил, вложил, а результата получить не может. Качество образования во Вьетнаме также снизилось.
Это именно то, что не должно произойти с нами.
Многие японские работодатели сейчас задаются вопросом: «Если мы откажемся от вьетнамцев, на какой стране нам следует сосредоточиться?». Здесь выделяются только две страны: либо Узбекистан, либо Индонезия.
У нас есть все условия, чтобы найти свое место на японском рынке труда:
Узбеки быстро изучают японский и хорошо говорят, узбекская и японская грамматика схожи.
Затраты на отправку работников сведены к минимуму.
Безработным гражданам предоставляется бесплатное обучение для выезда в Японию. Это хорошо для японских работодателей.
За каждым трудовым мигрантом стоит государство: если что-то происходит – государство в ответе.
В чем преимущества Японии для узбекских рабочих, почему Япония лучше России? Вот, смотрите, мы отправляем рабочего в Россию, он едет туда, работает, берет свои заработанные деньги и приезжает в Узбекистан, тратит все это на свадьбу, в быт, покупает машину, ремонтирует дом. А потом берет долг, покупает билет, и возвращается в Россию.
Гражданин, проработавший в Японии или в другой развитой стране 8-10 лет, создает свой бизнес в Узбекистане или использует накопленный там опыт, навыки и капитал здесь.
Мы сами поехали в Японию обычными студентами, работали, теперь вот применяем полученный опыт, создаем рабочие места в Узбекистане.
У Японии есть чему поучиться, а у нас есть много хорошего, что мы можем показать в Японии. В Японии для нас также есть рынок.
Но главное — это человеческий капитал. Отправляя работников в развитые страны, мы развиваем наш человеческий капитал.
Это также является фактором привлечения инвестиций. В Узбекистане много корейских инвесторов, почему? Потому что они узнали о возможностях в Узбекистане через наших граждан, которые уехали в Корею и работали там. Они привозят свои инвестиции в Узбекистан через узбеков, знающих их язык и завоевавших их доверие.
Правило состоит в том, что с кандидата никогда не взимается плата за размещение! Деньги берут с работодателя! Мы тоже должны перейти на эту систему! Иначе коррупция останется. Организуем ли образовательный процесс мы или кто-то еще, коррупция останется.
И мы не сможем увеличить количество рабочих в Японии, оно останется таким же, как в Корее – около 3 тысяч. Существует база данных под названием «СПАС», в которую входят люди, сдавшие экзамен по корейскому языку. Кандидаты остаются в этой базе по 2-3 года и забывают язык. Затем втихаря оттуда выводят тех, кто даёт взятку, и представляют работодателю. Я работала в этой системе, никто не сможет оспорить мои слова, я это прекрасно знаю.
Норио Тэдзука, директор JIC HR HOLDING:
«Мы предложили продвигать Узбекистан в Японии, обеспечить больше узбекистанцев работой в Японии, создать call-центр, круглосуточно помогающий рабочим и студентам, приезжающим в Японию из Узбекистана. Мы предложили организовать это в сотрудничестве с Министерством занятости и трудовых отношений Узбекистана и Агентством по внешней трудовой миграции. В результате был подписан меморандум с Агентством. Мы вернулись в Японию и создали центр, в качестве неправительственной организации.
Фотографии офиса центра, необходимые документы и копию меморандума о соглашении мы отправили в Министерство занятости и трудовых отношений Республики Узбекистан. Но не получили ответа от министерства. Мы не знаем, сколько нам придется ждать, точное время не сообщается. Мы поднимали этот вопрос, когда ваш министр приезжал в Нагою, но до сих пор никаких действий со стороны Агентства по внешней трудовой миграции не было.
Мы не стали ждать действий от узбекского правительства и разработали информационный бюллетень-путеводитель по узбекскому рынку труда на японском языке, который начнем рассылать более чем в 1000 компаний-работодателей.
В настоящее время правительству Узбекистана следует сосредоточиться на повышении конкуренции, чтобы выйти на рынок труда Японии. В этом направлении следует укреплять сотрудничество с профессиональными японскими компаниями. Считаю, что японская сторона выполнила свои обязанности, но не знаю, насколько это было доведено до главы Узбекистана.
В октябре на наш запрос по этому поводу ответили ответственные сотрудники Агентства, сказав, что мы не будем создавать центр с JIC, но министр говорил, что мы обязательно будем работать. Мы не знаем, кому верить. На мой взгляд, не хватает коммуникации между Министерством занятости и трудовых отношений и Администрацией Президента.
Мало информации об Узбекистане и его разрешении на работу в Японии. Что нужно сделать сейчас, так это продвигать Узбекистан и делиться информацией. Этот механизм не был создан. Если в этом направлении будут налажены правильные и прозрачные отношения с узбекскими и японскими компаниями-работодателями, то в ближайшее время в Японии могут быть трудоустроены до 20 тысяч узбекистанцев».
Нам стало известно, что тех, кто хочет учиться в этом центре и стоит в очереди, сотрудники службы занятости перенаправляют на обучение на организуемые в самом моноцентре курсы японского языка. «Мы получаем направление в «Nippon Academy» только тогда, когда настоятельно требуем» – сказал житель М.Улугбекского района.
Министерство также задолжало этой образовательной организации 893 млн сумов в счет компенсации за образовательные услуги:
Не выдавать направления, не давать денег... это не что иное, как уничтожение частного сектора. Госучреждение, рассматривающее предпринимателей как конкурентов… – это уже признак коррупции. Ряд постановлений президента, изданных в 2020-2022 годах в системе занятости и труда, в том числе постановления № 4108, 4829, 5140, грубо попираются, министерство их реализует для своей выгоды. В пункте «а» указа № 4804, подписанного главой государства, говорится следующее:
«Министерству следует на постоянной основе привлекать негосударственные учреждения профессионального образования и организовывать обучение населения востребованным на рынке труда профессиям, основам предпринимательства и иностранным языкам»
При этом постановлением определен ряд неотложных задач по широкому использованию возможностей частного сектора, для чего из государственного бюджета в 2021 году выделено 150 миллиардов сумов. Мы вернёмся к вопросу выделенных денег в следующих расследованиях.
По словам руководителя Центра японского языка и профессиональной квалификации, после того, как наш материал будет представлен общественности, давление на неё усилится, «но мое молчание было бы предательством моего гражданского долга, многие бизнесмены, не выдержав именно давления, оставляют своё дело «волкам», другие предприниматели начинают опасаться работать с государством, и поэтому у нас медленно происходит приватизация. И поэтому правительству нужен арсенал управленцев, умеющих хорошо пользоваться законами, добросовестных, умеющих работать с ключевыми показателями эффективности – СМК. «Необходимо пересмотреть механизм работы государственных организаций, которые считают частный сектор конкурентом или противником, которые работают только ради пиара и отчетности», — говорит она.
Появилась возможность направить 20 000 узбеков на работу в Японию – развитую страну, для чего кто-то много потрудился, чтобы создать эту возможность, использовал все свои возможности, накопленный опыт, знакомства за рубежом, потратил титанические усилия. Но кто-то хочет отнять продукт чужого труда, используя методы, которые привык использовать.
А японский рынок труда может на долгие года закрыться для Узбекистана.
