Конец комфортной эпохи: пять уроков войны в Украине для военных и политиков 

«Российская авиация крайне неохотно летает за пределы своих передовых позиций и не так активно совершает рейды вглубь украинской территории, как можно было предположить. Вместо этого они полагаются на ракетные удары», – отметил генерал сэр Ричард Бэрронс, бывший глава объединенного командования вооруженных сил Великобритании. 

Как объяснил российский военный эксперт, научный сотрудник ИМЭМО РАН Илья Крамник, Россия не готовилась к прорыву и подавлению такой системы. 

«Россия продолжала в первую очередь готовиться к войне с противником по образу и подобию блока НАТО. А блок НАТО практически не имеет эшелонированной наземной системы ПВО, за исключением отдельных очагов, и опирается в первую очередь на воздушную мощь. Главная система противовоздушной обороны НАТО – это истребители. Вся российская подготовка в части противодействия ПВО и ударной авиации – это была подготовка к тому, что НАТО будет вскрывать ПВО с помощью ударной авиации, а России придется обороняться с помощью систем ПВО. К тому, чтобы вскрывать оборону противника, имеющего по факту отечественную систему ПВО, Россия не готовилась», – подчеркнул он. 

Украинский конфликт продемонстрировал возможности эшелонированной ПВО, и отношение к ней начало меняться на Западе. Разрабатывать интегрированную противовоздушную и противоракетную оборону НАТО (NATO Integrated Air and Missile Defence) страны Альянса начали еще в 1960 годах. Теперь это единая система ПРО и ПВО с общим командованием и системой радаров, пусковых ракетных установок, аэродромов и так далее. 

Однако теперь, c учетом опыта боевых действий в Украине, Конгресс США рассмотрит возможность усилить ее, добившись дополнительного финансирования закупок действующих систем Patriot для европейского театра. Одновременно в США разрабатывают новую эшелонированную систему ПВО для театра военных действий (Integrated Air and Missile Defense Battle Command System (IBCS), которая в будущем войдет в состав масштабной командно-информационной структуры по противоракетной обороне (Command and Control, Battle Management, and Communications (C2BMC), которую также строят сейчас для себя американцы. 

Отношение к ПВО меняется во всем мире, и, вероятно, успех украинской противовоздушной обороны станет одним из стимулов этих изменений. С другой стороны, этот успех, вероятно, даст повод задать вопрос: насколько страны НАТО готовы к преодолению эшелонированной противовоздушной обороны? Россия, например, обладает более совершенными противовоздушными и противоракетными системами, и, в случае военного конфликта, например, с НАТО, уверенности в том, что ее ПВО можно было бы легко подавить, нет. 

В США со времен Вьетнамской войны отрабатывается тактика прорыва и подавления противовоздушной обороны, для этого создается специальное вооружение. Однако противорадиолокационные ракеты есть и в российских ВВС, но это, очевидно, не привело к масштабной победе в Украине. При этом сложно сказать, какие выводы будут сделаны из этой ситуации для развития истребительной авиации. Пока что, как рассказал научный сотрудник центра исследований международной и оборонной политики (Centre for International and Defence Policy) университета Квинс в Белфасте Максим Старчак, в украинском конфликте наземные системы выигрывают у авиации вчистую. 

«Украина бережет свои немногочисленные силы. Воздушные бои – это слишком рискованно как для одной, так и для другой стороны. Война показывает, что эффективность ракетных комплексов как для атаки объектов, так и для противодействия авиации более высока», – сказал он. 

Информационная сеть: больше, чем просто интернет 

Всемирная информационная сеть интернет, вернее, ее прообраз, появилась в самом конце 1960-х годов как американский военный проект. Идея была в том, чтобы получить надежное средство передачи данных. В последние годы власти разных стран мира отключали интернет во время войн, массовых протестов и гражданских конфликтов – это произошло, например, в Азербайджане во время второй Карабахской войны в 2020 году и в Беларуси во время протестов 2021 года. В индийском штате Джамму и Кашмир после беспорядков интернет отключили на полтора года. 

Однако этого не произошло в случае российского вторжения в Украину – обе стороны использовали интернет, и ни одной из них не удалось его отключить для другой с помощью средства радиоэлектронной борьбы (РЭБ), отмечает генерал сэр Ричард Бэрронс.

«Обе стороны войны в Украине активно используют интернет для управления войсками. Прилагаются большие усилия, чтобы сохранить интернет - в интересах успешного ведения войны», – говорит Бэрронс. 

В последние годы во многих странах развивались системы, которые в США получили название С4ISR (Command, Control, Communications, Computers, Intelligence, Surveillance and Reconnaissance – информационная система по командованию, контролю, каналам связи, компьютерам, наблюдению и разведке). 

Идея заключается в том, чтобы создать некое единое информационное пространство на поле боя. Такое пространство должно помочь эффективно обмениваться оперативной разведывательной информацией из самых разных источников, обрабатывать ее и управлять включенными в эту систему различными средствами ведения войны. 

ВСУ применяет на фронте локальную информационную систему GIS Arta, которая ограничивается только артиллерией. Насколько она велика, неизвестно. Судя по публикациям в прессе и на официальном веб-сайте, ее разработали украинские программисты совместно с британскими компьютерными картографическими компаниями. Основа GIS Arta – геоинформационная система, подобная электронным онлайн-картам с привязанной к определенным местам информацией. Она собирает такую информацию из многих источников, включая дроны, данные от наземных отрядов, радаров и так далее, затем обрабатывает ее и выдает целеуказание артиллерийским батареям, выбирая для поражения те цели, которые расположены наиболее для этого удобно. 

Причем одну цель могут обстреливать сразу несколько батарей и даже отдельных орудий. Этим она схожа с онлайн-сервисом такси, когда для клиента подбирают ближайшую удобную машину.

 Украинские военные утверждают, что именно GIS Arta помогла им нанести удар по переправе через Северский Донец в начале мая, когда было уничтожено много российской военной техники. Правда, проверить эту информацию в условиях войны невозможно. Построить такую сеть оказалось возможным после того, как компания SpaceX Илона Маска передала в Украину сотни терминалов для спутникового интернета Starlink. Эти терминалы через спутник связываются с наземными станциями, подключенными к интернету. 

Как рассказал российский научный журналист Михаил Котов, наземные станции Starlink могут даже находиться не на территории Украины, а на границе с Польшей и Румынией – дальность их покрытия составляет до 400 километров. 

«У специалистов по связи есть такое понятие как "последняя миля". То есть доставка интернета прямо непосредственно клиенту. По большому счету, StarLink - это и есть последняя миля. Интернет при помощи оптоволокна доходит до последней станции, она передает сигнал на спутник, который находится одновременно над наземной станцией и над клиентом, и уже с него он передается непосредственно на антенну», – рассказал эксперт. 

Терминалы Starlink широко используются ВСУ, они были даже у защитников «Азовстали», позволяя им передавать в интернет видеоролики, фотографии и другую информацию. Starlink оказался настоящим спасением для ВСУ, поскольку в самом начале вторжения в Украину в результате массированной хакерской атаки была выведена из строя телекоммуникационная спутниковая сеть Viasat, которой пользовались в том числе и украинские военные. 

Британское правительство утверждало, что за то кибератакой стояли российские спецслужбы. 

Радиоэлектронная борьба – новая сфера гонки вооружений 

В начале вторжения в Украину не было свидетельств активного использования средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ) российскими войсками, сказала Уитни Макнамара, старший научный сотрудник центра стратегических и бюджетных исследований в Вашингтоне. Она предполагает, что если изначальный план вторжения исходил из расчета на минимальное сопротивление украинской армии, то и разворачивание РЭБ в нем не было предусмотрено. 

Однако сейчас, три месяца спустя, специалисты видят признаки привлечения РЭБ и координации этих средств с действиями других подразделений. Специалист подчеркивает, что Россия активно модернизировала средства РЭБ в последние годы, и российские офицеры приобрели опыт их использования как в Сирии, так и во время войны в Украине – после 2014 года и до полномасштабного вторжения. 

«Очевидно, однако, что они не разворачивают и не используют полный спектр своих мощностей в РЭБ, потому что российские силы в театре военных действий не обучены этому и до сих пор не могут использовать эти системы без риска заглушить собственные платформы, что не является исключительно российской проблемой», – сказала Макнамара. 

Для западных вооруженных сил это все демонстрирует вызовы, с которыми связано применение средств РЭБ, считает специалист: из-за быстрого развития коммерческих и военных средств борьбы в электромагнитном спектре армии не могут больше считать само собой разумеющимся, что их части смогут успешно поддерживать связь между собой на поле боя. Тем не менее Россия обладает довольно мощными системами радиоэлектронной борьбы. Российские средства РЭБ пытались в марте заглушить сигнал Starlink, однако специалисты SpaceX, как утверждают в Пентагоне, смогли справиться с этой проблемой. 

«На следующий день [после того, как в прессе появились сообщения о попытках глушения сигнала] Starlink добавил строку кода и все исправил. И вдруг это [глушение сигнала] перестало действовать. С точки зрения технолога РЭБ, это просто фантастика… и то, как они это сделали, меня поразило», – сказал глава департамента РЭБ в администрации министра обороны США Дейв Тремпер. 

Артиллерия – одно из самых эффективных средств поражения в российско-украинском конфликте. А точность и скорость определения целей - ключевые факторы в контрбатарейной борьбе. Роль интернета в поддержке и обеспечении этой борьбы оказалась очень велика, и, вероятно, этот факт окажет большое влияние на развитие информационных сетей на поле боя, а также на совершенствование средств радиоэлектронной борьбы, то есть оружия, которое будет этим сетям противостоять. 

Российская армия инвестировала в средства РЭБ гораздо активнее, чем многие европейские страны, говорит генерал Бэрронс. Эти средства должны были перехватывать беспилотники, в том числе турецкие ударные БПЛА «Байрактар ТБ-2». 

Он напомнил, что успех этих беспилотников сыграл важную роль во время конфликта в Нагорном Карабахе в 2020 году, и все ожидали, что Россия сделает из этого выводы. Однако этого не происходит в том масштабе, в котором ожидали эксперты – и украинские силы регулярно публикуют видеозаписи обстрелов с ударных беспилотников и корректировки артиллерийского огня с обычных, коммерческих доступных дронов. 

Вывод, которые военные всего мира делают из этого, - необходимость развития средств борьбы с беспилотниками. Причем речь не только о ПВО и средствах РЭБ, но и сценариях воздушных схваток между дронами. Бэрронс предполагает, что Россия тоже будет активно развивать эти средства и увеличивать собственный флот дронов, и эта сфера станет пространством активной гонки вооружений. 

«Сложно сказать, что произошло - российская армия не продумала взаимодействие с РЭБ в своих изначальных планах или ее технические возможности оказались не столь совершенными, как мы предполагали», – говорит Роб Ли, старший сотрудник исследовательского института внешней политики в США. 

Но он отмечает, что российские силы также активно используют коммерческие доступные беспилотники и что они будут играть роль в будущих войнах, и страны НАТО должны быть готовы к этому. 

Разведка и новый прозрачный мир 

Нынешний военный конфликт в Украине стал первым за многие десятки лет широкомасштабным столкновением вооруженных сил, в котором задействован огромный арсенал разведывательных средств. Спутниковые снимки, данные беспилотников, самолеты-разведчики и прочие источники информации, ставшие уже привычными для военных, теперь дополняются данными, полученными из социальных сетей. 

Первый урок этой войны – то, что мир стал прозрачным, считает генерал сэр Ричард Бэрронс. Через спутниковые снимки, сделанные в первую очередь коммерческими, а не государственными спутниками, а также через соцсети и другие открытые данные, в конце 2021-го – начале 2022 года все желающие могли наблюдать за скоплением российских военных на границах Украины. 

«Было совершенно очевидно, что там собрались силы для вторжения. И это сильно отличается от того, как мы действовали в эпоху холодной войны, когда можно было надеяться на незаметное перемещение бронетанковой дивизии или авиационного отряда», – сказал он. 

Сбор разведданных из открытых источников называют OSINT (Open Source Intelligence). Урокам в этой сфере посвящен доклад британского Королевского объединенного института оборонных исследований (RUSI). Авторы доклада пишут, что российское вторжение в Украину в 2022 году обозначило постепенную смену в подходе западных правительств к разведке. 

OSINT – дешевле, чем традиционные методы разведки, но он не призван их заменить. Наоборот: данные из открытых источников, СМИ и групп исследователей, таких как Bellingcat, могут использоваться для подтверждения секретных докладов, и наоборот. 

«Использование OSINT позволяет властям не беспокоиться о том, что разведданные нужно рассекречивать, потому что многие из них находятся в открытом доступе. Это очень помогло правительствам США и Британии в преддверии этой войны - им не надо было рассекречивать информацию, они могли просто брать и показывать, почему они говорят о неизбежном российском вторжении в Украину», – говорит Роб Ли. 

Военные начали использовать спутники-шпионы еще в 1960-х годах. Одна из сложностей, с которыми столкнулись их разработчики – передача информации на землю. Раньше многие аппараты просто сбрасывали капсулы с отснятой фотопленкой, и их либо перехватывали в полете, либо находили уже на грунте после падения. С развитием технологии передачи данных эта проблема постепенно перестала быть актуальной, но появилось много других. 

Современные спутники ДЗЗ (дистанционное зондирование земли – фотосъемка или получение информации с помощью различных датчиков, инфракрасных, радиолокационных и так далее) передают довольно много информации, которую надо не просто обработать, но и сделать это максимально быстро. 

Как рассказал Михаил Котов, обрабатываются такие данные по-разному: «Если нужен просто снимок, информация может никак не обрабатываться. Естественно, иногда используются свёрточные нейросети (системы искусственного интеллекта, изначально разработанные для обработки изображений), натренированные на поиск определенных объектов, например, военной техники. Потому что снимки большие по объему, и человеку осмотреть это все достаточно сложно. Сверточные нейросети в автоматическом режиме находят интересующие объекты, а человек может уже просто просмотреть найденное». 

В списке военных поставок в Украину, который Пентагон опубликовал в мае, значились услуги коммерческих спутниковых снимков земли. На эти цели выделяются значительные средства. Это одна из новых сторон современной войны - ключевая информация, которая оказывается во многом решающей на поле боя, поставляется на коммерческих условиях крупными космическими компаниями – такими, как Planet и Maxar. 

Всего американские власти получают информацию от 200 коммерческих спутников, и снимки идут напрямую военному командованию США и Украины, говорили в американском агентстве геопространственной разведки. США определенно помогают Украине со спутниковыми данными, и это довольно щекотливая тема, поскольку она чревата политическими осложнениями Вашингтона с Москвой. Возможно, отчасти поэтому снимки закупаются у коммерческих компаний, а не берутся напрямую с военных спутников. 

В начале мая американская пресса выяснила, что США предоставили Украине информацию о местонахождении крейсера «Москва» перед тем, как тот был потоплен. Об этом рассказали Washington Post и New York Times со ссылкой на источники среди официальных лиц. 

ВСУ выпустили ракеты по крейсеру, сперва запросив у американцев информацию о нем, написали издания. По их данным, именно США помогли опознать корабль и определить его местонахождение, чтобы прицелиться, а решение об ударе приняли украинские военные. 

Пресс-секретарь Пентагона Джон Кирби тогда попытался представить эту историю в несколько ином свете: «С точки зрения США, если Украина получает разведданные и затем сама решает предпринять действия с целью обороны страны, то Соединенные Штаты не предоставляли ей информацию "для целеуказания", которая указывала, кого или что атаковать». 

Откуда именно США узнали о местонахождении «Москвы», неизвестно – в этом регионе действуют натовские самолеты-разведчики, которые также могли следить за крейсером. Но в любом случае Украина получает бесценную разведывательную информацию, которая самым серьезным образом сказывается на развитии конфликта, кто бы в результате ни нажимал на пусковую кнопку. 

Высокоточное оружие – насколько оно точно? 

Война в Украине продемонстрировала, по мнению генерала Бэрронса, возможность уничтожения высокоточным оружием не только кораблей, танков и самолетов, но также штабов и правительственных зданий, иногда - на расстоянии сотен километров. Это не новость, но высокоточное оружие обрело особенное значение именно в новом, прозрачном мире со спутниковыми данными, где уязвимой для ракетного удара становится практически любая цель. Но Бэрронс подчеркивает, что эта война также показала, что нельзя рассчитывать только на крылатые и баллистические ракеты, потому что они стоят очень дорого, а запасы их быстро заканчиваются. 

В масштабной войне это оружие должно использоваться в комбинации с обычными вооружениями, которые дешевле и доступнее. 

«Несомненно, что важнейшим уроком войны в Украине для НАТО станет важность артиллерии», – говорит генерал. 

По его словам, до этого конфликта некоторые эксперты считали, что в современной войне можно обойтись без традиционной артиллерии – и полагаться лишь на высокоточное оружие. Бэрронс связывает это с тем, что западные армии были в некоторой степени введены в заблуждение борьбой с терроризмом и недавним опытом интервенций в Ираке, Афганистане и на Балканах. В тех случаях противником НАТО были отряды и армии, у которых нет существенной авиации, ПВО, военно-морских сил и качественной артиллерии, не говоря уже о космическом потенциале. Для борьбы с ними было достаточно использовать авиацию, ударные дроны и отряды специального назначения - и некоторые эксперты предполагали, что этого же будет достаточно для других конфликтов. 

Однако, как считает Старчак из университета Квинс, тот факт, что за три месяца войны Россия не смогла уничтожить военную инфраструктуру Украины, несмотря на массовое использование крылатых ракет, говорит об их низком качестве.

«Российские ракеты как недостаточно качественны, так и [недостаточно] эффективны. Периодически они не запускаются или взрываются во время полета, а также если долетают, то не поражают необходимую цель из-за своей недостаточной точности. Слабая точность попадания вообще – бич всей ракетной промышленности России», – считает эксперт. 

Кроме того, удар крылатыми ракетами не всегда может уничтожить объект инфраструктуры, добавляет Роб Ли. Он указывает на то, что разрушенные мосты в некоторых случаях можно восстановить, а заводы могут продолжать работу даже после ракетного удара, и ущерб не всегда оказывается невосполнимым. С уничтожением таких объектов лучше бы справилась авиация, говорит Ли, но российские летчики не летают далеко за линию фронта, опасаясь украинских зенитчиков. 

Танки - оружие прошлого века? 

Сгоревшие танки на обочинах дорог – как российские, так и украинские – стали одним из символов этого конфликта. В социальных сетях и прессе публикуется много видеозаписей, на которых тяжелую бронетехнику уничтожают различным легким противотанковым оружием. 

Украинская армия стала получать с Запада такое оружие еще до российского вторжения. Это были американские противотанковые комплексы Javelin, британские NLAW, а также многие другие - из самых разных стран. Среди видеозаписей много и таких, на которых фигурирует украинский противотанковый комплекс «Стугна». 

Эти записи создали образ «Джавелина» или «Стугны» как безотказного оружия и смертельного врага бронетехники, хотя на многих из этих роликов судьба танка после попадания в него ракеты оставалась неизвестной, поскольку никаких доказательств его уничтожения в записях не фигурировало. С другой стороны, в открытых источниках есть немало свидетельств того, что танки зачастую становятся жертвами не пехотных противотанковых комплексов, а артиллерии, как было, например, на переправе через Северский Донец. 

Как бы то ни было, высокие потери бронетехники с обеих сторон в этом конфликте дали повод многим военным экспертам в разных странах вновь заговорить о том, что танк - устаревшее оружие, которому больше не место на поле боя. 

Один из них – генерал-лейтенант Радж Шукла, в прошлом – главком учебного командования вооруженных сил Индии. В своей статье «Военные уроки Украинского конфликта» он пишет, что современные противотанковые средства ставят точку в эволюции танков на поле боя. 

«Российские танковые колонны, подошедшие к Киеву и аэропорту, попали в засады и были скованы атаками дронов. Беспилотники Bayraktar TB2 доказали свою эффективность в поражении российских танков, артиллерии, ЗРК и колонн снабжения. Комбинация беспилотников Switchblade-Puma (дрона-камикадзе и разведчика) с расчетом из двух человек позволяла поражать российские танки с дистанции в пять-шесть километров. А танки с экипажем из четырех человек (на самом деле в российских танках экипаж состоит из трех человек – ред.) были почти беззащитны перед атаками дронов. Эффективность танкового боя, соответственно, опять оказалось под вопросом с учетом смертоносной комбинации противотанковых систем и разнообразных дронов. Украинский конфликт дает нам достаточно сведений, чтобы предположить, что танк стал своего рода платформой XX века, которая ищет себе место на поле боя в XXI веке. И без срочного технологического вмешательства эти проблемы будут только расти», – написал генерал. 

С ним согласен Максим Старчак, который отметил, что применение танков на поле боя может быть эффективным только в тесном взаимодействии с другой военной техникой и оружием. 

«Танки эффективно действуют вместе с ударными вертолетами и самолетами. Но мы попадаем в замкнутый круг – значение ракетных ударов возросло и одновременно сократилась вероятность прямого танкового противостояния. Авиация используется редко. Эффективность танков низка. [...] Танк по сути превращается в носителя незначительно количества боеприпасов, который без прикрытия авиации легко поразить», – считает эксперт. 

Однако у танков хватает и сторонников. Украинский эксперт в области бронетехники Андрей Тарасенко считает, что танк на поле боя хоронить пока рано. По его словам, танк, как и другая техника на поле боя, нуждается в очень хорошей подготовке экипажа, и потери танков часто являются следствием ошибок как самих танкистов, так и командования боевой группой. 

«Любая наступательная операция, да и оборона, невозможна без поддержки танков. Это даже психологически (но и тактически) невозможно. Танк в том или ином виде был всегда. Раньше, допустим, это была кавалерия, потому что это подвижность, возможность нанесения мощного удара», – сказал он. 

По словам эксперта, «танк, если он хорошо подготовлен, - вполне защищен от основной массы, но не от всех противотанковых средств», и нуждается в сопровождении хорошо подготовленной пехоты. Для нее он становится средством усиления, а солдаты в бою защищают танки от засад с противотанковыми ракетами. 

Наконец, сомнения противников танков на поле боя противоречат, как минимум, тому, с какой настойчивостью Украина добивается поставок именно такой бронетехники из западных стран. Киев хотел бы получить даже устаревшие германские Leopard-1 1980-х годов выпуска, которые концерн Rheinmetall готов поставить из своих запасов, но пока не может добиться разрешения от правительства Германии. Россия также направляет в зону боевых действий свежие танки из своих запасов, причем в прессе в последние недели появились сведения, что среди этой техники тоже попадаются устаревшие машины. 

Конец комфортной эпохи 

Российская армия проявила себя в Украине гораздо хуже, чем ожидали эксперты. В этом сходятся многие наблюдатели, политики и аналитики, но они делают из него разные выводы. Многим в правительствах и особенно казначействах западных стран сейчас хочется думать, что российская армия показала себя слабее, чем ожидалось, и истощила свои силы в Украине, поэтому нет никакой нужды повышать свои расходы на оборону, говорит генерал Бэрронс. 

Но он призывает вспомнить историю других армий мира - например, американской, которая к концу войны во Вьетнаме в 1979 году находилась в очень плохом состоянии. Однако уже в 1991 году, во время первой войны в Персидском заливе, мир увидел совершенно другую армию, с высочайшим уровнем подготовки, командования, экипировки и логистики. 

Поэтому стратегическое планирование западных стран должно исходить не из мысли о том, как проявила себя Россия в начале вторжения в Украину, а из потенциала, которого могут достигнуть российские войска, научившись на своих ошибках. И тогда на Западе увидят, считает сэр Ричард, необходимость модернизировать собственные силы с учетом цифровых технологий, но также и обычных вооружений. 

Потенциальным противником здесь может быть Россия, если президент Путин и его окружение останутся у власти. Но еще более важным противником будет Китай, угрозу от которого военные доктрины стран НАТО уже обозначают как основную. 

«Пришел конец комфортной эпохе, начавшейся в 1990-х с окончанием холодной войны. Я думаю, что конец ей пришел еще пять лет назад – но теперь он точно пришел», – сказал сэр Ричард. 

Военные аналитики не жалуют нюансы, пишет Майкл Кофман, директор российской программы в центре военно-морского анализа США. Если раньше западные экспертные круги преувеличивали российскую военную мощь, то в результате вторжения в Украину, скорее всего, недооценивают. 

«Если бы альянсу выпало бы схожее испытание, вооруженные силы НАТО могли бы обнаружить, что и у них есть многие из тех проблем, которые Россия испытала в Украине», – заключил аналитик.