Мировая экономика до сих пор остаётся заложницей американо-иранской войны. Ормузский пролив закрыт, и признаков его открытия нет. Основные усилия Трампа сосредоточены на дипломатии. Несмотря на его гневные посты и самые жёсткие угрозы, главная цель — достичь соглашения с Тегераном, иначе зачем избегать полномасштабной войны уже три месяца?
Война идёт скорее в экономической плоскости. Иран понимает: Трамп не начнёт крупную наземную операцию, да и не сможет этого сделать. Значит, выбора нет — нужно искать соглашение. Разумеется, Трамп не признает своего поражения, но весь мир видит, что его план провалился.
Однако есть одна страна, которая тем больше недовольна прекращением войны, чем активнее Трамп ищет компромисс с Ираном. Это Израиль.
Чего боится Израиль?
Атаки Израиля на Ливан и его военные операции остаются главной новостью мировой прессы. Чем активнее Трамп ищет соглашение с Ираном, тем разрушительнее удары Израиля по Ливану — через Ливан и «Хезболлу» он пытается спровоцировать Иран и сорвать американо-иранские договорённости.
Почему Израиль недоволен и чего боится? Ведь если США не договорятся с Ираном, мировая экономика пострадает, Трамп и республиканцы потеряют свои позиции, а глобальный авторитет США упадёт, что косвенно ударит и по Израилю. Но нет, израильская элита думает иначе.
Во-первых, США — колоссальная экономическая и демографическая держава. Гибель десятков тысяч солдат не приведёт к её краху. США проиграли во Вьетнаме, не смогли одержать полную победу в Афганистане и Ираке, но их глобальная мощь не была демонтирована. Если США начнут полномасштабную войну с Ираном, они понесут потери, но не рухнут, тогда как Иран может быть уничтожен. Поэтому Израиль мечтает, чтобы США ввязались в большую войну с Ираном. Репутация Трампа, республиканцев, бюджеты и жизни американских солдат — не главные факторы для Израиля.
Во-вторых, из-за американо-израильского удара Иран устанавливает полный официальный контроль над Ормузским проливом. Для Израиля это наихудший сценарий, поскольку Тегеран получает рычаги неограниченного давления на все страны мира, включая США, и может превратить это давление в обычный инструмент — например, сейчас из-за атак на Ливан США давят на Израиль.
Если до войны 28 февраля все считали Израиль главной агрессивной силой на Ближнем Востоке, то контроль Ирана над Ормузским проливом меняет его региональный и глобальный статус. Арабские страны — союзники США — начинают больше считаться с Ираном. Израиль постепенно теряет региональную гегемонию, поэтому его мечта — втянуть США в войну с Ираном, пойти ва-банк. Однако на этот раз Трамп не только сказал «нет» Нетаньяху, но и отчитал израильского премьера за войну в Ливане.
